Суд признал ООО «Капитан» банкротом после того, как компания не смогла расплатиться по долгам. Конкурсный управляющий АО КБ «БТФ» потребовал привлечь бывшего руководителя ООО «Капитан» Марию Гагулину к субсидиарной ответственности на сумму около 635 млн рублей за непередачу документации. Арбитражный суд города Москвы удовлетворил эти требования и взыскал с бывшего директора указанную сумму в пользу ООО «Капитан». Девятый арбитражный апелляционный суд отменил это решение и отказал в иске, признав Гагулину номинальным руководителем, чьи данные использовали против ее воли. Арбитражный суд Московского округа указал на грубые процессуальные нарушения со стороны апелляционной инстанции, подчеркнув, что апелляционный суд не перешел к рассмотрению дела по правилам первой инстанции несмотря на факт ненадлежащего извещения участника. Кроме того, окружной суд обратил внимание на необходимость правильной оценки доводов о номинальности директора и распределения бремени доказывания между сторонами при новом рассмотрении в Арбитражном суде города Москвы (А40-155401/2021).
Фабула
В отношении с возбудили дело о банкротстве и открыли конкурсное производство. АО КБ «БТФ» в лице конкурсного управляющего обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о привлечении бывшего руководителя ООО «Капитан» Марии Гагулиной к субсидиарной ответственности по обязательствам компании. АО КБ «БТФ» сослалось на неисполнение директором обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации ООО «Капитан».
Арбитражный суд города Москвы взыскал с Марии Гагулиной около 635 млн рублей. Гагулина подала апелляционную жалобу и указала, что являлась номинальным руководителем, а ее персональные данные использовали третьи лица без ее ведома для внесения записи в реестр.
Девятый арбитражный апелляционный суд отменил решение первой инстанции и отказал в удовлетворении требований АО КБ «БТФ». Не согласившись с позицией апелляции, АО КБ «БТФ» обратилось в Арбитражный суд Московского округа, рассказал ТГ-канал Субсидиарная ответственность.
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд города Москвы привлек Марию Гагулину к субсидиарной ответственности и взыскал с нее около 635 млн рублей в пользу ООО «Капитан». Суд первой инстанции исходил из того, что Гагулина занимала должность руководителя в период с сентября 2019 года по май 2022 года и не исполнила обязанность по передаче документации конкурсному управляющему. Суд посчитал, что отсутствие документов препятствует проведению процедур банкротства и формированию конкурсной массы, что автоматически влечет субсидиарную ответственность бывшего руководителя.
Девятый арбитражный апелляционный суд отменил решение первой инстанции и полностью отказал АО КБ «БТФ» в удовлетворении требований. Апелляционный суд установил, что Мария Гагулина являлась номинальным руководителем ООО «Капитан», а ее данные использовали для внесения записи в реестр юридических лиц против ее воли.
Суд сослался на разъяснения Пленума Верховного суда Российской Федерации и пришел к выводу, что номинальный руководитель не может относиться к контролирующим компанию лицам. Апелляционный суд также восстановил Марии Гагулиной срок на подачу жалобы, поскольку Арбитражный суд города Москвы направил ей судебные акты с нарушением правил извещения.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Московского округа обратил внимание на то, что Девятый арбитражный апелляционный суд допустил существенные нарушения норм процессуального права. Окружной суд подчеркнул, что рассмотрение дела в отсутствие лица, не извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, представляет собой безусловное основание для отмены судебного акта. Суд указал, что апелляционный суд самостоятельно установил факт ненадлежащего извещения Марии Гагулиной, что подтверждалось письмом «Почты России».
Окружной суд отметил, что при наличии безусловных оснований для отмены акта первой инстанции апелляционный суд обязан перейти к рассмотрению дела по правилам первой инстанции. Такой переход подразумевает вынесение отдельного определения с указанием действий участников спора и сроков их осуществления. Переход к правилам первой инстанции дает сторонам более широкий объем процессуальных прав, включая возможность предоставления дополнительных доказательств.
Девятый арбитражный апелляционный суд проигнорировал эти требования и не перешел к рассмотрению спора по правилам первой инстанции.
Также окружной суд напомнил о положениях статьи 61.11 закона «О банкротстве», согласно которым контролирующее компанию лицо несет субсидиарную ответственность, если его действия привели к невозможности полного погашения долгов. Закон устанавливает презумпцию контроля для руководителей компании и презумпцию невозможности погашения долгов при отсутствии бухгалтерской документации.
Презумпция отсутствия документации не может подменять собой обстоятельства самого правонарушения. Суть правонарушения заключается не в самом факте непередачи бумаг конкурсному управляющему, а в противоправных деяниях, которые повлекли банкротство ООО «Капитан» и невозможность расчетов с кредиторами. Незаконное использование паспорта и персональных данных для внесения записи о подставном лице в реестр является уголовно наказуемым деянием. Окружной суд отметил, что Мария Гагулина ссылалась на противоправные действия третьих лиц, но не представила доказательств обращения в правоохранительные органы или налоговые инспекции. Бездействие в таких ситуациях не соответствует принципам добросовестности и разумности.
Окружной суд указал, что Гагулина обязана доказать обстоятельства своего номинального статуса и отсутствия фактического контроля над ООО «Капитан», чтобы устранить разумные сомнения в ее участии в деятельности компании. АО КБ «БТФ» также обязано опровергнуть доводы о подложности участия Марии Гагулиной, если оно настаивает на ее фактическом руководстве.
Итог
Арбитражный суд Московского округа отменил акты нижестоящих судов и направил спор о привлечении Марии Гагулиной к субсидиарной ответственности на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.
Почему это важно
Кража персональных данных в современных реалиях не является чем-то неожиданным, указывает Артур Шаповалов, партнер юридической компании Baza Legal. И хотя обращение в правоохранительные органы в такой ситуации остается правом (не обязанностью), тем не менее риски, связанные с неподачей заявления о преступлении и непринятием мер по защите своих прав, в конечном итоге несет сам гражданин. В рассматриваемом деле эти риски выразились в крайне серьезных последствиях в виде привлечения к субсидиарной ответственности на сумму 635,7 млн рублей.
В подобных обстоятельствах доказать отсутствие волеизъявления на занятие должности руководителя спустя несколько лет крайне сложно. Процессуальный закон требует, чтобы каждое лицо, участвующее в деле, доказывало обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих возражений. При этом в спорах о субсидиарной ответственности традиционно применяется повышенный стандарт доказывания. Оценивая доводы, представленные Гагулиной М.М., суд обоснованно обращается к основным началам гражданского права — принципам добросовестности и разумности. Сложно представить, как возможно являться руководителем компании на протяжении трех лет и хотя бы случайно не узнать об этом.
Само по себе отсутствие обращения в правоохранительные органы не означает автоматического согласия с фактом руководства компанией, отмечает Артур Шаповалов. Однако можно предположить, что до момента рассмотрения спора Гагулину устраивало данное положение, в связи с чем в действиях директора можно наблюдать противоречивое поведение. Лицо, которое не предприняло никаких разумных действий для оспаривания внесения своих данных в ЕГРЮЛ (хотя бы внесения записи о недостоверности), лишает себя возможности представить суду убедительные доказательства своей «номинальности».
Вероятно, на новом рассмотрении суд откажется признавать Гагулину М.М. номинальным руководителем. В этой связи всем участникам оборота следует иметь ввиду, что длительное бездействие тоже имеет свою цену и при выявлении факта кражи персональных данных следует незамедлительно обращаться в правоохранительные органы, рекомендует Артур Шаповалов.
Избранную судом кассационной инстанции правовую позицию сложно назвать совершенно новой в правоприменительной практике по вопросу привлечения к субсидиарной ответственности лиц, заявляющих о номинальном характере своего статуса, говорит Анна Варакута, руководитель проектов юридической компании IMPRAVO.
Хотя практика последних лет и содержит примеры снижения размера ответственности формально занимающих руководящие должности лиц, доминирующим на сегодняшний день по-прежнему остается подход о неосвобождении (о минимальном снижении размера ответственности) номинальных руководителей от ответственности даже в случае, когда им удается доказать, что принятие всех ключевых решений осуществлялось, в действительности, иными лицами.
Ключевым в аналогичных рассмотренной ситуациях является вопрос кредиторов, арбитражных управляющих и судов: «А где вы были раньше, все эти годы?» Трудно не согласиться с выводами суда о необходимости доказывания ответчиком того, что он, зная о неправомерном использовании его данных, по крайней мере предпринял попытки пресечь противоправные действия. Зачастую в подобных ситуациях ответчики внезапно «вспоминают» о том, что в действительности они долгие годы числились в компании-должнике номинально, только когда дело доходит до их личной ответственности, что справедливо наталкивает на сомнения в реальном статусе таких лиц как участников процесса, так и арбитражный суд.
По общему правилу фактический и номинальный руководитель должника несут солидарную ответственность по долгам должника, обращает внимание Сергей Шевченко, ведущий юрист юридической компании Enforce Law Company. Вместе с тем номинальный характер руководителя должника при доказанности отсутствия с его стороны влияния на деятельность общества может являться основанием для отказа в удовлетворении требований либо снижения размера субсидиарной ответственности до минимальных значений.
Данный вывод следует из п. 6 Постановления Пленума ВС РФ № 53. Зачастую такие номинальные руководители использовали довод о незаконном использовании их данных, в результате чего последние были внесены в ЕГРЮЛ в качестве единоличного исполнительного органа. Арбитражный суд Московского округа в своем постановлении указал, что сам по себе довод об использовании персональных данных третьими лицами не может свидетельствовать о номинальном статусе такого лица. Добросовестное лицо должно прежде всего обратиться в правоохранительные органы либо налоговые органы для установления лиц, незаконно использовавших данные такого лица. Кроме того, суд кассационной инстанции распределил бремя доказывания между заявителем по спору о субсидиарной ответственности и лицом, указывающем себя в качестве номинального руководителя.
Суд отметил, что лицо должно представить пояснения и документы, позволяющие сделать вывод о своем номинальном статусе. Таким образом, позиция суда кассационной инстанции усложнит доказывание номинального статуса, полагает Сергей Шевченко.
