В обзор включены десять кейсов, отобранных Арбитражным судом Волго-Вятского округа.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа опубликовал обобщение судебной практики разрешения споров, связанных с обеспечительными сделками в рамках дела о банкротстве. В обзор включены 10 кейсов.

1. Требование о взыскании неустойки за неисполнение обязательства, обеспеченного залогом имущества должника, имеет залоговое преимущество перед удовлетворением необеспеченных требований других кредиторов по взысканию финансовых санкций. Залог обеспечивает требование кредитора в том объеме, какой оно имеет к моменту его удовлетворения, включая неустойку.

Примеры: См. постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 14.04.2021 по делу № А79-5506/2019, постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 03.11.2020 по делу № А79-2421/2019.

Выводы суда округа при рассмотрении указанных обособленных споров соответствуют правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 30.03.2017 № 301-ЭС16-17271. В этом определении указано, что требование о взыскании неустоек как обеспеченное залогом имущества должника, должно учитываться отдельно в реестре требований кредиторов, подлежит удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов по требованиям всех кредиторов третьей очереди, включая незалоговых. Однако оно имеет залоговое преимущество перед удовлетворением необеспеченных требований кредиторов по санкциям. Указанная правовая позиция впоследствии отражена в пункте 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3(2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017.

2. Залогодержатель в отношениях с третьими лицами вправе ссылаться на принадлежащее ему право залога только с момента совершения записи об учете залога, за исключением случаев, если третье лицо знало или должно было знать о существовании залога ранее этого.

Примеры: См. постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 30.03.2021 по делу № А29-13869/2019.

3. Признание заемщиком долга перед займодавцем по истечении срока исковой давности не может служить основанием для восстановления обязательств залогодателя.

Примеры: См. постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 17.07.2019 по делу № А43-3036/2016, постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 23.12.2020 по делу № А39-10257/2018.

4. Реализация конкурсным управляющим заложенного имущества на торгах в рамках проведения мероприятий конкурсного производства по ликвидации должника не может служить безусловным основанием для отказа залогодержателю во включении его требования в реестр требований кредиторов должника. В такой ситуации исследованию подлежит возможность удовлетворения требования залогодержателя за счет денежных средств, полученных от реализации предмета залога.

Примеры: См. постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 04.10.2021 по делу № А11-15766/2018.

5. Кредитор по общим обязательствам супругов вправе претендовать на удовлетворение своих требований из совместной собственности в полном объеме. Заключение должником и его супругой брачного договора не изменяет для кредитора, требование которого обеспечено залогом общего имущества супругов, правовой режим этого имущества и не препятствует включению его требования в реестр требований кредиторов должника как обеспеченного залогом.

При этом ипотека в любом случае предоставляет банку как залоговому кредитору преимущественное удовлетворение из стоимости квартиры перед выплатой доли супругу залогодателя (статья 334 Гражданского кодекса РФ, пункт 1 статьи 1 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», пункт 5 статьи 213.27 закона о банкротстве).

Примеры: см. постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 23.08.2021 по делу № А82-22452/2018 (определением Верховного суда РФ от 04.06.2020 отказано в передаче кассационной жалобы на состоявшиеся судебные акты для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ); постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 26.10.2021 по делу № А82-744/2017, аналогичная позиция нашла свое отражение в определении Верховного суда РФ от 10.09.2018 № 305-ЭС18-4633.

6. Требование, предъявленное к должнику как поручителю по кредитным обязательствам третьих лиц, подлежит установлению в реестре требований кредиторов должника в случае нарушения заемщиками сроков уплаты периодических платежей, предусмотренных графиком погашения кредита. В таком случае наступление (не наступление) срока возврата кредита по договору не влияет на возможность предъявления кредитором требования к поручителю.

Примеры: см. постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 12.04.2019 по делу № А43-33326/2015.

7. Квалификация поручительства в качестве совместного не зависит от того, как оформлено обеспечение (одним документом либо разными), предполагается, что поручительство является совместным, если поручители и основной должник входят в одну группу лиц.

Примеры: см. Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 13.11.2019 № А11-1898/2018.

8. Действия банка по выдаче кредита и одновременному получению обеспечения от аффилированного с должником лица, находящегося в неустойчивом финансовом положении, сами по себе не могут рассматриваться как направленные на причинение вреда кредиторам лица, предоставляющего обеспечение. Тот факт, что имущественное положение одного из нескольких поручителей не позволяет в полном объеме рассчитаться по основному долгу, не свидетельствует о причинении обеспечительной сделкой вреда иным кредиторам поручителя или о получении займодавцем необоснованного контроля над ходом процедуры несостоятельности.

Примеры: см. постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 30.07.2020 по делу № А28-14841/2017.

По словам юриста юрфирмы «Арбитраж.ру» Виктора Кундеренко, представленные разъяснения представляют действительный интерес для практики, так как Арбитражный суд Волго-Вятского округа на основе позиции ВС РФ сделал акцент не на самой аффилированности лиц, а на значительном отклонении в поведении займодавца.

Таким образом, сам факт аффилированности заемщика и поручителя не может и не должен являться основанием для признания обеспечительных сделок недействительными. Как указывается в самом обобщении судебной практики, получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности.

Виктор Кундеренко
юрист юридическая фирма «Арбитраж.ру»
«

По словам юриста, суд округа ссылается на позиции ВС РФ, который в своих судебных актах переносит акцент с заемщика на займодавца и возлагает на заявителя бремя доказывания отклонений в поведении именно займодавца. «Данные разъяснения в первую очередь направлены на сохранение гражданского оборота, сохранение сделок, которые в действительности направлены на продолжение хозяйственной деятельности, а не на причинение вреда кредиторам и самой организации, так как само получение поручительства не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора», - указала Виктор Кундеренко.

9. Требование поручителя, исполнившего обязательство должника перед кредитором, подлежит субординации, если поручитель является аффилированным по отношению к должнику лицом и исполнение обязательства произведено в ситуации имущественного кризиса должника.

Примеры: см. постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 18.05.2020 № А79-6097/2017.

По словам юриста практики «Сопровождение процедур банкротства и антикризисный консалтинг» компании «Лемчик, Крупский и партнеры» Инаят Бейтугановой, данный кейс касается вопроса целесообразности выдачи поручительства кредитору аффилированной с ним компанией, находящейся в кризисном состоянии.

До выхода обзора суды по-разному квалифицировали подобные сделки. Нередко встречались случаи, когда сам по себе факт вхождения лиц в одну группу являлся недостаточным подтверждением разумности действий руководства по выдаче поручительства. Помимо прочего, подобный подход влиял и на вопрос личной ответственности руководителя должника. Суды оценивали добросовестность директора через призму экономической целесообразности. Новый обзор четко закрепил, что выдача поручительства за связанное лицо не должна исследоваться с точки зрения возможности погасить требование, объема активов поручителя и экономической целесообразности.

Инаят Бейтуганова
юрист юридическая компания «Лемчик, Крупский и Партнеры»
«

По словам юриста, рассматриваемый кейс также важен и для компаний, не находящихся в процедуре банкротства, потому как теперь выдача обеспечения в виде поручительства может быть основана лишь на факте вхождения в единую группу компаний, и не должна усложняться дополнительными критериями, как например, проверка экономического состояния поручителя. «Не маловажным является и позиция суда округа, который указал, что выгодность внутригруппового поручительства обусловлена благосостоянием всей группы компаний. В конечном итоге, прирастает имущественная база всей группы компаний, что обосновывает целесообразность поручительства. Подобный подход перестает быть формальным и призывает анализировать не отдельно взятого должника с расчетом объема его активов и пассивов, а финансовое состояние всей группы компаний, как единого организма, действующего на рынке», - отметила Инаят Бейтуганова.

По словам управляющего партнера адвокатского бюро «РИ-консалтинг» Елены Гладышевой, в рамках рассматриваемого дела суд кассационной инстанции, отменяя судебные акты нижестоящих судов и направляя обособленный спор на новое рассмотрение, обратил внимание на то, что аффилированный с должником через третьих лиц поручитель начал производить выплаты по договору поручительства только после возбуждения дела о банкротстве. При этом в материалах дела отсутствовали сведения о том, что кредитор предпринимал попытки получить исполнение по основному обязательству от должника в сроки, предусмотренные указанным договором. Поэтому суд кассационной инстанции пришел к выводу, что требования поручителя могут носить корпоративной характер и не должны учитываться наравне с требованиями других кредиторов.

На наш взгляд, позиция суда кассационной инстанции полностью соотносится с действующей судебной практикой по вопросам субординации требований аффилированных кредиторов при банкротстве (Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденный Президиумом ВС РФ 29.01.2020). В действительности, то обстоятельство, что аффилированное по отношению к должнику лицо поручилось за него перед кредитором, само по себе не свидетельствует о корпоративном характере регрессного требования поручителя к должнику. Вместе с тем, в тех случаях, когда из обстоятельств дела объективно следует, что заключение и исполнение обеспечительной сделки не является целесообразным (например, когда исполнение производится в период банкротства должника), требования поручителя могут быть обоснованно квалифицированы как совершенные в целях причинения имущественного вреда другим кредиторам.

Елена Гладышева
адвокат, управляющий партнер адвокатское бюро «РИ-консалтинг»
«

С учетом изложенного, по словам Елены Гладышевой, вышеуказанная позиция является важной, поскольку развитие действующей правоприменительной практики направлено на защиту интересов кредиторов должников от недобросовестных действий аффилированных с ними лиц, направленных на уменьшение количества голосов в реестре требований, приходящихся на долю независимых кредиторов, и установления незаконного контроля над процедурами банкротства

10. Исполнение поручителем обязательств перед банком по кредитному договору, заключенному с должником, может прикрывать самостоятельную оплату последним имеющейся задолженности по договору, в целях недопущения оспаривания совершенного платежа в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) как сделки должника.

Примеры: см. постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 22.10.2021 № А82-17187/2018.