ООО «МПА-1» накопило значительную задолженность по налогам перед ФНС России. Уполномоченный орган обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц (Александра Святкина, ООО «Позитив-А», ООО «Лось и кедр» и Бориса Пустовитенко), полагая, что они совершили действия по выводу активов ООО «МПА-1». Суды первой и апелляционной инстанций согласились с доводами ФНС лишь в части Святкина и ООО «Позитив-А». Суд округа поддержал позицию нижестоящих инстанций о доказанности оснований для привлечения к ответственности Александра Святкина и ООО «Позитив-А», однако счел необоснованным отказ в привлечении к ответственности ООО «Лось и кедр» и Бориса Пустовитенко, указав на неполное исследование судами доводов о фактическом контроле над должником со стороны Пустовитенко и отчуждении активов должника по заниженной стоимости (дело № А03-18284/2023).
Фабула
ООО «МПА-1» имело задолженность по налогам и сборам перед ФНС России, в связи с чем последняя обратилась в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц. По мнению налоговиков, контролирующие лица ООО «МПА-1» (Александр Святкин, ООО «Позитив-А», ООО «Лось и кедр» и Борис Пустовитенко) совершили действия по выводу активов должника, что привело к невозможности погашения требований кредиторов.
Суд первой инстанции, с которым согласилась апелляция, привлек к субсидиарной ответственности Александра Святкина и ООО «Позитив-А».
ФНС, Прокуратура Алтайского края и ООО «Позитив-А» обратились в кассационную инстанцию, рассказал ТГ-канал «Субсидиарная ответственность».
Что решили нижестоящие суды
Суды первой и апелляционной инстанций установили, что ООО «МПА-1», действуя согласованно с ООО «Позитив-А», передало последнему необходимую имущественную базу, оборудование и трудовые ресурсы для продолжения осуществления предпринимательской деятельности с целью уклонения от уплаты налогов. При этом кредиторская задолженность на ООО «Позитив-А» не переводилась, меры по оздоровлению должника не предпринимались.
Кроме того, суды указали на совершение руководителем ООО «МПА-1» Александром Святкиным неправомерных действий по созданию формального документооборота, направленного на получение необоснованной налоговой выгоды.
В отношении ООО «Лось и кедр» и Бориса Пустовитенко суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности, поскольку сделка по отчуждению товарных знаков в пользу ООО «Лось и кедр» не ухудшила финансовое положение должника, а в отношении Бориса Пустовитенко не представлено доказательств того, что он является контролирующим должника лицом.
Что решил окружной суд
Суд округа согласился с выводами нижестоящих инстанций в части привлечения к субсидиарной ответственности Александра Святкина и ООО «Позитив-А», указав на доказанность совершения ими действий, направленных на вывод активов должника и уклонение от уплаты налогов.
Вместе с тем окружной суд счел необоснованными выводы судов в части отказа в привлечении к ответственности ООО «Лось и кедр» и Бориса Пустовитенко. Нижестоящими инстанциями не были исследованы доводы уполномоченного органа и ООО «Позитив-А» о фактическом контроле над должником со стороны Бориса Пустовитенко, осуществлявшимся через связанных с ним лиц (ООО «Позитив-А», ООО «Лось и кедр», ООО «Кейлонг» и др.).
При оценке статуса контролирующего лица конечный бенефициар, не обладающий формальными полномочиями, может быть установлен через исследование косвенных доказательств. При этом на таких лицах, по мнению суда, лежит бремя опровержения соответствующих доводов в случае, если истец убедительно обосновал утверждения о наличии у привлекаемого лица статуса контролирующего.
Суд также обратил внимание на необоснованность выводов судов об экономической целесообразности отчуждения товарных знаков ООО «МПА-1» в пользу ООО «Лось и кедр», поскольку размер полученного ООО «Лось и кедр» вознаграждения по лицензионному договору существенно превышает сумму, полученную ООО «МПА-1» при продаже товарных знаков, что свидетельствует о формальности такой передачи.
При этом окружной суд указал, что отчуждение товарных знаков за вознаграждение в 50 тыс. рублей фактически привело к невозможности осуществления ООО «МПА-1» дальнейшей хозяйственной деятельности, поскольку наличие иных товарных знаков, которыми должник пользовался для выпуска собственной продукции, не установлено.
Сам по себе факт дальнейшего предоставления ООО «Лось и кедр» товарных знаков в безвозмездное пользование не опровергает формальность перехода прав на них, а, напротив, свидетельствует об этом. При этом суды не установили разумность и добросовестность действий ООО «МПА-1» по отчуждению товарных знаков и ООО «Лось и кедр» по их последующей безвозмездной передаче должнику.
Итог
Арбитражный суд Западно-Сибирского округа отменил судебные акты нижестоящих инстанций в части отказа в привлечении к ответственности ООО «Лось и кедр» и Бориса Пустовитенко, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Почему это важно
В рассматриваемом случае суд применил имеющиеся возможности привлечения к солидарной ответственности (взыскание убытков) с лиц, осуществляющих фактическое управление и контроль должника, отметила Елена Гладышева, адвокат, управляющий партнер Адвокатского бюро «РИ-консалтинг».
По ее словам, для привлечения фактических бенефициаров в данном случае налоговым органом доказано:
перевод бизнеса (производственных мощностей) на другое общество, которое начало извлекать из этого прибыль;
косвенное (транзитное) получение прибыли ответчиком, формально не контролирующим должника;
фактическое оставление должника центром убытков.
Доказывание указанных обстоятельств и их неопровержение ответчиками явились основаниями для направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в целях дополнительной оценки данных обстоятельств, которые суды нижестоящих инстанций не рассмотрели достаточно подробно.
Ирина Межуева, ведущий эксперт Юридической компании «Центр по работе с проблемными активами», констатировала, что судами был установлен факт перевода бизнеса с одного юридического лица на другое путем передачи ему необходимой для осуществления деятельности производственной базы.
При этом обязательства в пользу нового лица, по ее словам, переданы не были, что привело к прекращению производства по делу о банкротстве первого лица и получению необоснованной выгоды вторым – в ущерб интересам кредиторов.
Действия группы аффилированных лиц в данном случае изначально были направлены на изъятие активов в пользу нового лица с целью освобождения их от реализации в процедуре банкротства, продолжения ведения хозяйственной деятельности новым лицом без удовлетворения требований к первоначальному владельцу активов. Кассационный суд обратил внимание на необходимость определения всех лиц, вовлеченных в реализацию указанной схемы, не ограничиваясь только руководителем общества и выгодоприобретателем – новым юридическим лицом, уточнила она.
Когда заинтересованные лица представляют достаточные доказательства, в том числе косвенные, подтверждающие, что общее руководство деятельностью группы осуществлялось иным лицом, даже не имеющим прямой юридической связи с входящими в группу лицами, суду необходимо исследовать представленные доказательства и с учетом поведения сторон распределить бремя доказывания. Поскольку конечный бенефициар, специально исключивший свои формальные связи для сокрытия факта контроля, не заинтересован в раскрытии доказательств, оценке подлежат представленные заинтересованными лицами косвенные доказательства, подтверждающие наличие контроля.
В связи с тем, что суды ограничились привлечением к субсидиарной ответственности только руководителя и нового юридического лица, получившего активы, без надлежащего исследования роли иных лиц в схеме перевода деятельности, дело было направлено на новое рассмотрение в обжалуемой части, заключила Ирина Межуева.
