В случае отсутствия доверия между АУ и сообществом кредиторов должника суд обязан принимать решения, предупреждающие подобные конфликты, а в случае возникновения – своевременно их разрешать.

В отношении ООО «РедСис» было введено наблюдение по заявлению ООО «Холдинг Гефест». Временным управляющим был утвержден Михаил Ясенков, кандидатуру которого предложил заявитель. В дальнейшем заявления о включении в реестр должника своих требований на сумму более 6 млрд рублей подали банки «Траст» и «Возрождение». Однако до проведения собрания кредиторов, на котором было принято решение инициировать банкротство должника и предложить суду утвердить конкурсным управляющим Михаила Ясенкова, требования банков рассмотрены не были. В итоге суд первой инстанции согласился с решением собрания кредиторов, признал ООО «РедСис» банкротом и утвердил конкурсным управляющим Михаила Ясенкова. Банки пожаловались в апелляционный суд, который усомнился в независимости Михаила Ясенкова и предложил суду первой инстанции заново выбрать кандидатуру конкурсного управляющего методом случайной выборки. Однако окружной суд отменил постановление апелляции и оставил в силе определение суда первой инстанции. «БМ-Банк», Промсвязьбанк и банк Траст пожаловались в Верховный суд, который отменил решение суда первой инстанции в части утверждения Михаила Ясенкова конкурсным управляющим ООО «РедСис» (дело А56-108239/2019).

Фабула

В октябре 2019 года ООО «ВиваСити» подало заявление о банкротстве ООО «РедСис». Кредитор предложил утвердить временный управляющим должника Михаила Ясенкова. Но суд возвратил заявление по ходатайству ООО «ВиваСити».

Затем суд рассмотрел еще несколько заявлений кредиторов об инициировании банкротства ООО «РедСис». В итоге наблюдение было введено по заявлению ООО «Холдинг Гефест», а временным управляющим утвержден все тот же Михаил Ясенков. При этом суд также принял к рассмотрению заявление банка Траст с требованием к должнику в размере 5,8 млрд рублей.

В дальнейшем ООО «Холдинг Гефест» было заменено на правопреемника — АО «Компания АКС». Тогда же суд принял к рассмотрению заявление банка «Возрождение» с требованием в размере 1,8 млрд рублей.

В дальнейшем на собрании кредиторов было принято решение об открытии конкурсного производства и утверждении Михаила Ясенкова конкурсным управляющим. Суд первой инстанции согласился с решением собрания кредиторов и ввел конкурсное производство, утвердив Ясенкова конкурсным управляющим.

В 2022 году апелляционный суд отменил решение суда первой инстанции в части утверждения конкурсным управляющим должником Михаила Ясенкова. Однако окружной суд постановление апелляции отменил и оставил в силе определение об утверждении Ясенкова КУ.

После чего «БМ-Банк», Промсвязьбанк и банк Траст пожаловались в Верховный суд, который решил рассмотреть этот спор.

Что решили нижестоящие суды

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 45 и 127 закона о банкротстве, а также результатами собрания кредиторов, отклонив доводы заявителей о необходимости применения метода случайной выборки управляющего ввиду отклонения схожих доводов в рамках обособленного спора по заявлению общества «БМ Банк» о замене временного управляющего, пришел к выводу о соответствии кандидатуры арбитражного управляющего Михаила Ясенкова требованиям законодательства о несостоятельности. 

Апелляционный суд, отменяя решение суда первой инстанции в части утверждения кандидатуры КУ, руководствовался положениями 19 и 20.2 закона о банкротстве. Апелляция согласилась с доводами заявителей о наличии признаков заинтересованности Михаила Ясенкова к должнику в связи с представлением одной и той же группой лиц интересов арбитражного управляющего Ясенкова, должника и бенефициара должника – Василия Васина, и, исходя из наличия у суда сомнений относительно должной добросовестности и независимости Ясенкова, пришла к выводу о наличии оснований для альтернативного выбора СРО арбитражных управляющих и арбитражного управляющего – методом случайной выборки для исключения конфликта интересов участников банкротного процесса, соблюдения баланса интересов кредиторов и недопущения действий, направленных на осуществление контролируемого банкротства.

Суд округа, отменяя постановление апелляционного суда и оставляя в силе решение суда первой инстанции, исходил из приоритета выбора кредиторов, совершенного в рамках собрания. Суд учел, что факт принятия решения за счет голосов аффилированных с должником лиц не доказан, так как само по себе представительство не относится к основаниям для признания лица аффилированным.

Что думает заявитель

Заявители настаивают на отсутствии необходимости доказывать прямую аффилированность арбитражного управляющего с должником или кредитором, в то время как в материалы дела предоставлены сведения, подтверждающие обоснованные сомнения в независимости Ясенкова, что, по мнению заявителей, дстаточно для отклонения данной кандидатуры.

Воля на назначение Ясенкова арбитражным управляющим должником, по сути, исходила от аффилированного с должником лица – общества «Компания АКС».

Само по себе решение собрания кредиторов не устраняет обоснованные сомнения в независимости утвержденной кандидатуры и указывают, что на момент проведения собрания кредиторов в реестр не были включены требования мажоритарных кредиторов – обществ «Траст» и «БМ-Банк», чей совокупный размер превышает 6 млрд рублей, что, по мнению заявителей, указывает на отсутствие приоритетного значения решений, принятых на данном собрании.

Что решил Верховный суд

Судья ВС Е.С. Корнелюк сочла доводы жалобы заслуживающими внимания и передала спор в Экономколлегию.

Суть заявленных банками возражений сводилась к тому, что на протяжении всего периода банкротства должника, в котором только процедура наблюдения длилась почти три года (с 25.11.2020 по 02.09.2022), между управляющим Михаилом Ясенковым и банками существовал очевидный конфликт интересов, препятствующий эффективному банкротству и нарушающий интересы сообщества кредиторов должника.

Само утверждение судом кандидатуры Ясенкова явилось результатом совместных действий должника и АО «Компания АКС» по последовательному выкупу (погашению) требований пяти заявителей по делу о банкротстве в обход норм пункта 5 статьи 37 Закона о банкротстве, а также разъяснений, изложенных в пункте 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом ВС 20.12.2016 в редакции от 26.12.2018 и пункте 12 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденных Президиумом ВС 29.01.2020.

В соответствии с вышеуказанными разъяснениями судебной практики, при выборе АУ (СРО) в первой процедуре банкротства мнение должника игнорируется: арбитражный управляющий выбирается конкурсным кредитором - заявителем по делу о банкротстве, а при подаче заявления о банкротстве самим должником или аффилированным с ним лицом - случайным образом.

СКЭС указала, что общая сумма выкупленных АО «Компания АКС» требований заявителей по делу о банкротстве составила около 7 млн рублей, а погашенных самим должником около 5 млн рублей, тогда как по данным отчетов самого управляющего Михаила Ясенкова в реестр требований кредиторов должника в процедуре наблюдения были включены требования кредиторов на сумму более 600 млн рублей. При этом были заявлены требования кредиторов еще на 6 млрд рублей и не погашены текущие требования кредиторов на сумму 3,7 млн рублей.

Поэтому Экономколлегия согласилась с доводами заявителей об отсутствии какой-либо экономической целесообразности в совершении должником и АО «Компания АКС» вышеописанных действий по погашению требований кредиторов – заявителей по делу о банкротстве должника.

Смыслом подобных согласованных действий явилось преодоление заинтересованными лицами (должником и АО «Компания АКС») норм закона о банкротстве, не позволяющих должнику предлагать свою кандидатуру АУ, а также вышеизложенных правовых позиций судебной практики.

При этом ВС не согласился с доводами АУ и АО «Компания АКС» о том, что предложенная кандидатура управляющего Ясенкова была утверждена на собрании кредиторов должника, состоявшемся 04.08.2022 года, поскольку указанное решение не может быть квалифицировано как выражение действительной воли всего гражданско-правового сообщества, объединяющего его кредиторов.

Согласно протоколу названного собрания за спорную кандидатуру проголосовали кредиторы должника, совокупный размер требований которых (около 400 млн рублей) в 10 раз ниже размера уже заявленных на тот момент, но не рассмотренных требований иных кредиторов, в частности, банка Траст, составляющих более 5 млрд рублей.

То есть кандидатура АУ, утвержденная на собрании кредиторов 04.08.2022 года, не отражала волю реального большинства кредиторов должника.

Назначение временным управляющим должником произошло с подачи миноритарного кредитора (АО «Компания АКС»), совместные с должником действия которого были направлены на обход пункта 5 статьи 37 закона о банкротства. Добросовестный, разумный и независимый АУ должен был отложить проведение собрания кредиторов по выбору кандидатуры конкурсного управляющего для предоставления всем его участникам возможности высказаться по данному вопросу. Отказывая в принятии обеспечительных мер о запрете в проведении собрания кредиторов, суды как раз исходили из установленной законом презумпции добросовестности, разумности и независимости управляющего.

В случае отсутствия доверия между органом управления должником, коим является конкурсный управляющий, и сообществом его кредиторов, суд обязан принимать решения, предупреждающие подобные конфликты, а в случае возникновения – своевременно их разрешать с учетом баланса интересов независимых кредиторов, опираясь на волю большинства.

Вывод ВС

В рассматриваемой ситуации выводы суда апелляционной инстанции о наличии существенных сомнений в независимости арбитражного управляющего Михаила Ясенкова к должнику следует признать правомерными. Поскольку любые разумные сомнения в независимости АУ трактуются против него и в отсутствии надлежащего опровержения влекут отказ в его утверждении, позиция апелляционного суда заслуживает поддержки.

Выводы суда округа о том, что для отказа в утверждении конкурсного управляющего необходимо доказать его прямую аффилированность с должником или связанным с ним лицами не соответствует разъяснениям, изложенным в пункте 56 постановления Пленума ВАС от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Позиция ВС по случайной выборке

ВС не согласился с выводами апелляционного суда о необходимости определения СРО арбитражных управляющих методом случайной выборки, поскольку первое собрание, которое учитывало бы мнение большинства кредиторов должника, имеющих право принять участие и голосовать по указанному вопросу, по сути, не состоялось.

Применение судом метода случайной выборки при этом не исключается в случае сохранения конфликта интересов после предоставления возможности кредиторам реализовать их законные права.

Итог

ВС отменил решение суда первой инстанции об утверждении Михаила Ясенкова конкурсным управляющим ООО «РедСис». На Ясенкова при этом возложены обязанности КУ до утверждения судом первой инстанции иной кандидатуры управляющего.

Почему это важно

Юрист консалтинговой компании «Ком-Юнити» Ксения Болотова отметила, что суд кассационной инстанции, отменяя постановление апелляционной инстанции, исходил из того, что в сложившейся судебной практике существует подход - наличие одной группы представителей в рамках различных дел у должника и его бенефициара (кредитора) не является достаточным основанием для разумных подозрений в независимости управляющего.

Согласно, п. 4 ст. 20.3 закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. Согласно правовой позиции, изложенной в абз. 5 п. 56 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35, суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в независимости которого у суда имеются существенные и обоснованные сомнения. В данном споре суд ранее не учел наличие недобросовестных и нелогичных действий арбитражного управляющего. А именно, целенаправленные действия по затягиванию споров по рассмотрению требований мажоритарных кредиторов, а также проведение собрания кредиторов по выбору кандидатуры арбитражного управляющего при наличии нерассмотренных требований мажоритарных кредиторов. Все это направлено на пресечение возможности голосования на собрании кредиторов за иного управляющего. Также заявители представили и другие доказательства заинтересованности управляющего, помимо наличия одних представителей.

Ксения Болотова
юрист Юридическая консалтинговая группа «Ком-Юнити»
«

По мнению Ксении Болотовой, Верховный суд принял верное и справедливое решение, поскольку заявители представили совокупность доказательств, подтверждающих заинтересованность арбитражного управляющего и недобросовестность исполнения им своих полномочий.

«Данное решение подтверждает возможность представления суду совокупности косвенных доказательств для применения метода случайной выборки», – отметила она.

Управляющий партнер консалтинговой компании PLV Group Анастасия Пылаева считает, что комментируемое определение ВС несомненно повлияет на практику, связанную с проведением первых собраний кредиторов и назначением управляющих в процедурах банкротства.

Стратегию, которую использовал должник и аффилированные с ним лица в данном деле, не нова – покупка ряда требований и установление большинства на первом собрании кредиторов с целью выбора собственной кандидатуры конкурсного управляющего. Формально – все действия совершены в рамках закона о банкротстве. Однако цели, которые преследует законодатель, связанные с прозрачностью процедуры и наиболее полного удовлетворения требований всех кредиторов, в таком случае не достигаются, о чем и напомнил Верховный суд. В случае, когда большая масса требований кредиторов еще не рассмотрена, проводить первое собрание кредиторов и выбирать конкурсного управляющего просто нецелесообразно. Напротив, такие стремительные и нелогичные действия ставят под сомнение его беспристрастность. Думаю, что данную позицию Верховного суда обязательно возьмут на вооружение, в первую очередь, кредиторы, для возможности защиты своих имущественных прав, в том числе выраженных в праве участия и голосования на первом собрании. Также данное определение является неким очередным напоминанием управляющим о том, что одной из задач данного лица является избежание какого-либо конфликта с кредиторами, поддержание статуса независимого арбитра.

Анастасия Пылаева
юрист, управляющий партер Юридическая компания PLV Group
«

Арбитражный управляющий Павел Замалаев охарактеризовал комментируемое определение ВС как отличное.

За делом следил, поскольку спор интересный и, на мой взгляд, имеющий все шансы оказать влияние на последующую практику. Была вероятность того, что, отменяя постановление суда округа, ВС сделает акцент на установленном факте представительства как достаточном доказательстве фактической аффилированности. Так как суд округа ссылался на недостаточность установления такого факта для «компрометации» управляющего (и здесь я согласен с судом округа). Но ВС не упоминает в мотивировке принятого определения представительство, а указывает на согласованные действия должника и миноритарного кредитора в обход норм пункта 5 статьи 37 Закона о банкротстве, который говорит об отсутствии права у должника предлагать кандидатуру управляющего или СРО. Также важным является акцент ВС на том, что право выбора управляющего — важнейшее право кредитора, поэтому ВС не соглашается с апелляцией в части необходимости перехода к выбору управляющего посредством случайной выборки. Как мне кажется, это самый важный тезис из принятого судебного акта, так как в находящемся на рассмотрении в ГД мегазаконопроекте предполагается, что кредиторы такого права лишатся. Таким образом, предположу, что ВС мог высказать свое отношение к предлагаемым изменениям.

Павел Замалаев
основатель Проект #БАНКРОТСТВОПОЧЕСТНОМУ
«

Павел Замалаев согласен с вынесенным судебным актом и позицией ВС относительно приоритета права кредиторов выбрать управляющего перед случайной выборкой.