Верховный Суд РФ отменил акты апелляции и кассации по делу о взыскании задолженности по кредитному договору с Лидии Пономаревой в пользу ООО «ТЭГОМА». Спор возник из кредитного договора 2015 г. с обанкротившимся ЗАО «АКБ "Русславбанк"», право требования по которому перешло к истцу по договору цессии. Нижестоящие суды частично удовлетворили иск, применив срок исковой давности по каждому платежу отдельно и взыскав задолженность только за период с 23 марта 2019 г. ВС указал, что 14 декабря 2018 г. истец направил ответчику требование о погашении всей задолженности, что изменило срок исполнения обязательства. Согласно п. 2 ст. 811 ГК РФ, предъявление требования о досрочном возврате кредита изменяет срок исполнения обязательств, и исковую давность следует исчислять с даты такого требования. Суды не учли это обстоятельство при применении исковой давности. Дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции (дело № 5-КГ25-172-К2).
ООО «ТЭГОМА» обратилось в суд с иском к Лидии Пономаревой о взыскании задолженности в размере 675 тыс. рублей. Истец сослался на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по кредитному договору от 2 июня 2015 г., заключенному между ней и ЗАО «АКБ "Русславбанк"».
Право требования по этому договору перешло к ООО «ТЭГОМА» по договору цессии в ноябре 2018 г. Согласно условиям кредитного договора, банк предоставил Лидии Пономаревой потребительский кредит в размере 266 тыс. рублей на срок до 2 июня 2020 г. под 27,5% годовых.
В январе 2016 г. Арбитражный суд города Москвы признал ЗАО «АКБ "Русславбанк"» банкротом с возложением функции конкурсного управляющего на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».
При этом в ноябре 2018 г. банком (в лице конкурсного управляющего) и ООО «ТЭГОМА» заключили договор уступки прав, по которому к цессионарию перешли права требования по кредитному договору с Лидией Пономаревой.
14 декабря 2018 г. ООО «ТЭГОМА» направило должнику уведомление об уступке прав и требование о погашении задолженности, которое осталось без удовлетворения.
Бабушкинский районный суд г. Москвы в июне 2022 г. удовлетворил иск ООО «ТЭГОМА».
Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции. Пономарева заявила о пропуске срока исковой давности. В итоге апелляция отменила решение суда первой инстанции и приняла новое решение о частичном удовлетворении иска. С Пономаревой была взыскана задолженность по кредитному договору в размере 296 тыс. рублей за период с 23 марта 2019 г. по 31 декабря 2021 г., а также проценты за пользование кредитом начиная с 1 января 2022 г. по день фактической уплаты долга.
Поскольку иск был подан в суд 23 марта 2022 г., суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что требования о взыскании задолженности, образовавшейся до 23 марта 2019 г., находятся за пределами срока исковой давности. Кассационный суд общей юрисдикции согласился с этими выводами.
Верховный Суд РФ указал, что нижестоящие суды неправильно применили нормы материального права об исковой давности. Согласно п. 2 ст. 811 ГК РФ, если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям, то при нарушении заемщиком срока возврата очередной части заимодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с процентами. По смыслу этой нормы предъявление кредитором требования о досрочном возврате кредита изменяет срок исполнения обязательств по возврату суммы долга.
Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ указала, что обращение ООО «ТЭГОМА» к Лидии Пономаревой с требованием о погашении задолженности 14 декабря 2018 г. привело к изменению срока исполнения кредитного обязательства. Исковую давность необходимо исчислять именно с этой даты, а не по каждому просроченному платежу отдельно.
Нижестоящие суды не учли, что требование о досрочном возврате изменило порядок исчисления срока давности.
ВС РФ также напомнил разъяснения постановления Пленума от 29 сентября 2015 г. № 43 о том, что переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства, включая уступку права требования, не влияет на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. Срок начинает течь со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права.
Итог
ВС направил спор на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Почему это важно
Верховный Суд РФ в очередной раз рассматривал вопрос, связанный с исчислением сроков исковой давности, отметил Руслан Губайдулин, управляющий партнер Юридической компании NERRA.
Суд, по его словам, пришел к выводу, что требование истца (цессионария) к ответчику о досрочном возврате кредитных денежных средств является основанием для начала течения срока исковой давности именно с даты направления такого требования, в связи с чем исчисление сроков исковой давности от первоначального срока исполнения обязательств по кредитному договору является неверным.
Полагаю, что позиция Верховного Суда РФ является верной. Подход, при котором ответчик должен возвратить денежные средства в полном объеме в более ранний срок, а срок исковой давности при этом начинает течь от изначального (позднего) срока исполнения обязательства, является противоречивым. В последнее время Верховный Суд РФ достаточно часто обращает внимание на вопрос исчисления сроков исковой давности. В частности, ряд важных позиций высказан в п. 21, 22 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2024 г. Указанное не является удивительным, поскольку возражения ответчика часто содержат в себе, в том числе, доводы, связанные с истечением срока исковой давности.
Данное обстоятельство, по его словам, является самостоятельным основанием для отказа в защите прав истца и получения в дальнейшем возможности принудительного исполнения решения суда.
При истечении срока исковой давности требование истца приобретает натуральный характер. Это означает, что он теряет возможность защитить свое субъективное гражданское право в суде, а может лишь рассчитывать на добровольное исполнение со стороны ответчика, что на практике происходит крайне редко. Именно поэтому, указал Руслан Губайдулин, важны понятные правила расчета течения срока исковой давности в тех или иных спорных ситуациях. Данный институт позволяет упорядочить гражданский оборот, вносит в правоотношения сторон ясность, дисциплинирует участников рынка.
Верховный Суд в очередной раз подчеркнул, что кредитор, требуя вернуть сумму кредита или займа досрочно (п. 2 ст. 811 ГК РФ), меняет срок исполнения обязательства – и, как следствие, «запускает» по нему исковую давность, полагает Денис Попыркин, старший юрист Инвестиционно-юридической компании H₂BO GROUP.
По его словам, ранее согласованные графики платежей более не актуальны: отныне исковая давность течет по всему «телу» кредита. Это не только строго соответствует норме абз. 1 п. 2 ст. 200 ГК РФ, но и вполне справедливо: раз кредитору уже дано право на принудительное истребование долга, значит, он должен нести и негативные последствия бездействия.
Позиция отнюдь не нова, констатировал он: об этом высшая инстанция неоднократно писала как в отдельных судебных актах (от 19 мая 2020 г. № 38-КГ20-1, от 29 июня 2021 г. № 66-КГ21-8-К8, от 14 мая 2024 г. № 4-КГ24-19-К1 и многие другие), так и на уровне обзоров (п. 7 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 4 (2021)). Однако на практике, по мнению Дениса Попыркина, то и дело случаются досадные ошибки – а значит, очевидное вполне стоит проговорить еще раз.
В применении данной позиции встречается «перекос» и в другую сторону – и, что любопытно, тоже в пользу кредитора. Одни суды (как нижестоящие инстанции в описываемом деле) считают, будто досрочное истребование вообще не влияет на исковую давность: срок исполнения – отдельно, исковая давность – отдельно. Другие же, напротив, приписывают досрочному истребованию чрезмерную силу: оно якобы не только «запускает» исковую давность по платежам, чей срок по графику еще не наступил, но и «обновляет» исковую давность по уже просроченным суммам. Стоит отметить, что это второе заблуждение Верховный Суд уже развеял ранее (см., например, определение от 25 июня 2024 г. № 41-КГ24-14-К4). Судебная коллегия подтвердила, что досрочное истребование меняет срок исполнения обязательства (и, соответственно, исковую давность) исключительно по платежам на будущее время. Что до платежей, уже просроченных к моменту истребования, то они подчиняются прежним срокам, и никакого «реанимирования» исковой давности не происходит.
Он выразил сожаление, что многие участники судебных процессов словно нарочно избегают механизма частичного обжалования судебных актов. Например, в рассматриваемом случае апелляционный суд и суд округа одну часть иска удовлетворили, а в другой – отказали. Почему бы ответчику не обжаловать судебные акты лишь в части удовлетворения – ведь отказ-то его вполне устраивает, задается вопросом Денис Попыркин.
Однако должник предпочел полное обжалование и добился полной отмены – а значит, подарил истцу шанс (пусть и крайне призрачный) еще раз побороться за иск целиком. «Раз в год и палка стреляет» – а потому представляется, что подобных рисков, сколь бы теоретическими они ни были, по возможности следует избегать, заключил он.
