В 2015 г. Сергей Шиловский подарил своей жене Наталие Шиловской жилой дом и земельный участок. В 2020 г. Шиловский был признан банкротом и финансовый управляющий Павел Баранов обратился в суд с заявлением о признании договора дарения недействительным, ссылаясь на то, что сделка была совершена с целью причинить вред кредиторам и вывести активы должника. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении заявления, посчитав, что после заключения договора дарения у Сергея Шиловского осталось достаточно имущества для погашения долгов. Арбитражный суд Северо-Западного округа установил, что в результате договора дарения и других сделок, совершенных Сергеем Шиловским, из его собственности выбыли все ликвидные активы, а имущества, достаточного для погашения требований кредиторов, не осталось. Суд указал, что отчуждение всех активов на безвозмездной основе аффилированным лицам в условиях неисполнения обязательств перед кредиторами является злоупотреблением правом. Окружной суд отменил судебные акты нижестоящих судов и признал договор дарения недействительным (дело № А13-23600/2019).
Фабула
В 2015 г. Сергей Шиловский и его жена Наталия Шиловская заключили договор дарения, по которому Шиловский безвозмездно передал супруге жилой дом и земельный участок в Вологодской области.
В 2020 г. Сергей Шиловский был признан банкротом и в рамках дела о банкротстве финансовый управляющий Павел Баранов обратился в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании договора дарения недействительным. ФУ указал, что на момент совершения сделки у Шиловского имелись неисполненные обязательства перед подконтрольными ему ООО «ТД "БМЗ"» и ООО «Молочные продукты», а договор дарения был направлен на вывод активов и уклонение от погашения задолженности.
Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении заявления. Финансовый управляющий обратился с кассационной жалобой в Арбитражный суд Северо-Западного округа.
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд Вологодской области и Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд отказали в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании договора дарения недействительным. Суды исходили из того, что после заключения брачного договора от 24 апреля 2015 г. в собственность Сергея Шиловского поступило имущество, стоимость которого превышала размер требований кредиторов.
Суды посчитали, что после заключения договора дарения у Сергея Шиловского осталось достаточно имущества для погашения долгов, поэтому вред кредиторам причинен не был.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Северо-Западного округа указал: суды не учли, что иное имущество, полученное Сергеем Шиловским по брачному договору, так же как и подаренные дом и участок, было впоследствии отчуждено. Финансовым управляющим проводились мероприятия по оспариванию совершенных Шиловским сделок по отчуждению имущества, в результате которых в конкурсную массу вернулись отдельные активы. Однако включенная в конкурсную массу доля в уставном капитале ООО «ТД "БМЗ"» по результатам экспертизы имела нулевую стоимость.
Ссылка судов на включение в конкурсную массу права требования к СХПК «Приозерье» по выплате стоимости пая для определения достаточности имущества на дату договора дарения ошибочна, поскольку данный актив поступил в результате оспаривания финансовым управляющим соответствующей сделки по его отчуждению. Само по себе наличие возможности поступления средств от розыска имущества не имеет значения для оценки обстоятельств заключения договора дарения.
В результате договора дарения и других сделок из собственности Сергея Шиловского безвозмездно выбыли все ликвидные активы, принадлежащие ему по брачному договору, а имущества, достаточного для погашения требований кредиторов, не осталось. На это указывает тот факт, что требования кредиторов так и не были удовлетворены и включены в реестр требований кредиторов.
Суд пришел к выводу, что отчуждение всех ликвидных активов на безвозмездной основе аффилированным лицам в условиях неисполнения обязательств перед кредиторами является обстоятельством, достаточным для констатации того, что заключение договора дарения было направлено на сокрытие имущества от обращения на него взыскания, что является злоупотреблением правом.
Итог
Арбитражный суд Северо-Западного округа отменил определение Арбитражного суда Вологодской области и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда, признав договор дарения между Сергеем и Наталией Шиловскими недействительным и применив последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу Сергея Шиловского подаренных жилого дома и земельного участка.
Почему это важно
Постановление является примером того, что в банкротстве оспариваемую сделку нельзя рассматривать изолированно, следует учитывать совокупность всех обстоятельств дела и действий должника и аффилированных с ним лиц, отметила Светлана Лебедева, партнер, руководитель группы практик «Банкротство и корпоративное право» Юридической фирмы INTELLECT.
По ее словам, интересно, что суды нижестоящих инстанций «доверились» пояснениям Шиловской о приобретении имущества за счет средств ее отчима в отсутствие каких-либо доказательств этому, на что и указала кассация. Арбитражный суд Северо-Западного округа также отметил, что имеющийся в материалах дела брачный договор в принципе опровергает доводы ответчика: имущество принадлежит тому супругу, на чье имя оно зарегистрировано.
Кассация обратила внимание, что само по себе наличие потенциальной возможности поступления в конкурсную массу денежных средств в результате действий управляющего не имеет значения для оценки обстоятельств заключения спорного договора дарения, указала Светлана Лебедева.
Факт отчуждения ликвидных активов на безвозмездной основе свидетельствует об «избавлении» должником от принадлежащего ему имущества, что, подчеркнул суд округа, является злоупотреблением правом согласно ст. 10 ГК РФ. При таких условиях отказ в признании сделки недействительной неправомерен. Это не первый судебный акт на уровне кассации за последнее время, призывающий суды при рассмотрении споров о признании сделки недействительной смотреть шире, избегая формализма при принятии решения.
Такой подход обеспечивает защиту прав кредиторов в деле о банкротстве и способствует более быстрому пополнению конкурсной массы, заключила она.
