Алексей Лаптев обжаловал в Конституционном суде РФ ряд норм антимонопольного, арбитражного процессуального и налогового законодательства. Поводом послужило решение антимонопольного органа, признавшего необоснованной его жалобу на действия конкурсного управляющего при банкротстве. Управляющий выставил на торги единым лотом 19 квартир в одном доме, что, по мнению судов, является прерогативой собрания кредиторов. Суды, включая Верховный суд, поддержали эту позицию и отказали в восстановлении пропущенного срока на подачу кассационной жалобы. Заявитель утверждал, что оспариваемые нормы содержат неопределенность, не позволяют проверить экономическую целесообразность решения организатора торгов и нарушают его права на судебную защиту. Конституционный суд не нашел оснований для принятия жалобы к рассмотрению, признав ее не соответствующей критериям допустимости.
Фабула
Алексей Лаптев обратился в Конституционный суд РФ с жалобой на нарушение его конституционных прав нормами федерального закона «О защите конкуренции», Арбитражного процессуального кодекса и Налогового кодекса. Поводом для обращения послужили судебные акты по его делу, связанному с банкротством и реализацией имущества должника. Конкурсный управляющий принял решение выставить на торги единым лотом 19 квартир, расположенных в одном доме, что, по мнению заявителя, являлось необоснованным объединением имущества. Антимонопольный орган рассмотрел жалобу Лаптева на действия организатора торгов и признал ее необоснованной, с чем согласились суды первой, апелляционной и кассационной инстанций. Суды указали, что решение об объединении продажи квартир в один лот относится к прерогативе собрания кредиторов, а полномочия уполномоченного органа ограничены проверкой процедуры проведения торгов и не распространяются на оценку экономической целесообразности решений, принятых собранием кредиторов в рамках своих полномочий.
Что сказал заявитель
Алексей Лаптев оспаривал пункт 4 части 1 статьи 23 и статью 181 закона «О защите конкуренции», а также части 1 и 4 статьи 200, часть 1 статьи 291.2, пункт 1 части 1 статьи 291.5 и часть 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Кроме того, он обжаловал пункт 1 статьи 333.21 Налогового кодекса, устанавливающий размеры государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным судом и арбитражными судами.
Заявитель утверждал, что эти нормы не позволяют антимонопольному органу и суду проверить требования по обеспечению конкуренции в ходе банкротных торгов, нарушают право на судебную защиту из-за неопределенности и позволяют произвольно возвращать кассационную жалобу без возможности оставить ее без движения для устранения недостатков.
Он также указывал на сокращенный срок подачи кассационной жалобы в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного суда по сравнению со сроками для судов общей юрисдикции и на несоразмерность государственной пошлины. По мнению Лаптева, оспариваемые нормы противоречат статьям 8, 17, 18, 19, 34, 45, 46, 47, 55, 74, 75.1, 118, 123, 126 и 127 Конституции РФ.
Что решил Конституционный суд
Конституционный суд напомнил, что государство вправе и обязано осуществлять контрольную функцию в сфере экономических отношений, которая по своей конституционно-правовой природе производна от его организующего и регулирующего воздействия на общественные отношения. Для реализации конституционных целей экономической политики и защиты прав предпринимателей принят закон «О защите конкуренции», пункт 4 части 1 статьи 23 которого предусматривает полномочие антимонопольного органа рассматривать жалобы на нарушение процедуры обязательных торгов. Статья 181 данного закона устанавливает порядок рассмотрения жалоб, позволяющий государственному органу в сжатые сроки с участием заинтересованных лиц оценить законность и обоснованность действий организатора торгов, который до принятия решения по жалобе не вправе заключать соответствующий договор.
Пленум Верховного суда РФ разъяснил, что антимонопольный контроль допускается в отношении процедур, обязанность проведения которых прямо предусмотрена законом в целях предотвращения монополистической деятельности и формирования конкурентного товарного рынка.
Таким образом, оспариваемые положения закона направлены на своевременную защиту прав участников торгов и не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя.
Относительно норм Арбитражного процессуального кодекса Конституционный суд указал, что часть 1 статьи 198 и часть 4 статьи 200 конкретизируют конституционную гарантию судебной защиты, обязывая арбитражный суд устанавливать, нарушают ли оспариваемый акт или действия права заявителя в сфере предпринимательской деятельности, а также соответствуют ли они закону.
Часть 1 статьи 291.2 АПК, устанавливающая двухмесячный срок подачи кассационной жалобы в Судебную коллегию Верховного суда, основывается на специфике экономических споров и выступает дополнительной гарантией стабильности вступивших в законную силу судебных актов и стабильности экономического оборота. Часть 2 этой же статьи, не предусматривающая продления срока для устранения недостатков жалобы, ранее послуживших основанием для ее возвращения, при этом не препятствует восстановлению срока судьей Верховного суда, если он пропущен по независящим от лица причинам.
Пункт 1 части 1 статьи 291.5 АПК, позволяющий возвратить кассационную жалобу, не отвечающую установленным требованиям, не предполагает произвольного возвращения и не наделяет должностных лиц аппарата Верховного суда самостоятельными полномочиями по принятию решений.
Суд подчеркнул, что возвращение жалобы с уведомлением о необходимости устранения обстоятельств не препятствует повторной подаче жалобы в оставшуюся часть срока после их устранения, а потому не может расцениваться как препятствие в судебной защите прав, в том числе в Верховном суде Российской Федерации.
Что касается налоговых норм, Конституционный суд сослался на свое Постановление от 10 апреля 2025 года № 16-П, которым пункт 1 статьи 333.19 и пункт 1 статьи 333.21 Налогового кодекса, а также пункты 45 и 47 статьи 2 Федерального закона № 259-ФЗ («О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса РФ и отдельные законодательные акты РФ о налогах и сборах») были признаны не противоречащими Конституции. В том постановлении суд отметил, что процессуальное законодательство прямо предусматривает возможность отнесения судебных расходов, включая государственную пошлину, на сторону, не в пользу которой принят судебный акт, что обеспечивает сбалансированность прав и обязанностей граждан.
Кроме того, согласно пункту 2 статьи 333.22 Налогового кодекса, Верховный суд и арбитражные суды, исходя из имущественного положения плательщика, вправе освободить его от уплаты пошлины, уменьшить ее размер или предоставить отсрочку. Однако реализация этого механизма требует представления заявителем доказательств, характеризующих его имущественное положение и подтверждающих отсутствие возможности уплатить пошлину в установленном размере.
Поскольку Лаптев не привел таких доказательств, оспариваемые налоговые нормы сами по себе не могут рассматриваться как нарушающие его конституционные права в указанном аспекте.
При этом КС подтвердил, что контроль уполномоченного органа ограничен проверкой процедурных нарушений и не распространяется на оценку экономической целесообразности решений собрания кредиторов, таких как объединение нескольких объектов недвижимости в один лот. Эта позиция согласуется с разъяснениями Пленума Верховного суда, который указал, что антимонопольный контроль допускается только в отношении процедур, обязанность проведения которых прямо предусмотрена законом.
Решение об объединении продажи 19 квартир в один лот было принято конкурсным управляющим и одобрено собранием кредиторов в рамках их полномочий, поэтому антимонопольный орган не имел права пересматривать эту часть решения. Суды трех инстанций единодушно признали такую позицию законной, отметив, что жалоба Лаптева на действия управляющего необоснованна. Таким образом, доводы заявителя о нарушении его прав на конкуренцию и судебную защиту не нашли подтверждения.
Итог
КС отклонил жалобу Алексея Лаптева.
Почему это важно
Как отмечает Тимур Насретдинов, управляющий партнер электронной торговой площадки «Центр дистанционных торгов», Конституционный суд подтвердил конституционность оспариваемых норм, указав, что государственный контроль в экономической сфере, включая антимонопольный, является правомерным и направлен на защиту публичных интересов и прав участников торгов в пределах закрепленной компетенции.
В части объединения продажи 19 квартир в один лот все суды установили, что это является прерогативой собрания кредиторов, полномочия же уполномоченного органа ограничены проверкой процедуры проведения торгов и не распространяются на оценку экономической целесообразности решений. Конституционный суд РФ иной подход в своем определении не указал, фактически подтвердил, что у антимонопольного органа нет полномочий в данном вопросе. В целом позиция суда носит стабилизирующий характер для правоприменительной практики, особенно в сфере банкротства и торгов.
Вопрос формирования состава лотов при продаже имущества должников в процедурах банкротства отнесен действующим законодательством к исключительной компетенции собрания (комитета) кредиторов, напоминает Наталья Ершова, кандидат юридических наук, генеральный директор организатора торгов «Доброторг». Определение КС РФ об отказе в принятии к рассмотрению жалобы Алексея Лаптева подтверждает данный вывод, указывая на то, что у антимонопольного органа отсутствуют полномочия проводить оценку экономической целесообразности решений, принятых собранием кредиторов.
Данное определение будет иметь положительное влияние на разрешение споров, считает Наталья Ершова, поскольку в правоприменительной практике нередко встречаются случаи, когда антимонопольный орган при рассмотрении жалоб на торги, проводимые в процедурах банкротства, выходит за рамки проверки самой процедуры торгов.
Отдельно Наталья Ершова отмечает, что вопрос об основаниях и порядке осуществления антимонопольного контроля за торгами в процедурах банкротства продолжает оставаться дискуссионным. В частности, в 2024-2025 годах при юридической поддержке «Доброторга» Союз операторов электронных площадок (СОЭП) обратился в Верховный суд РФ с административными исками и признал недействующими несколько писем ФАС, в которых антимонопольный орган давал расширительное толкование нормам закона о банкротстве и закона о защите конкуренции, предписывая территориальным органам принимать и рассматривать жалобы на торги в процедурах банкротства (см.: апелляционное определение Апелляционной коллегии Верховного суда РФ от 26.06.2025 № АПЛ25-118, апелляционное определение Апелляционной коллегии Верховного суда РФ от 08.10.2024 №АПЛ24-373).
Верховный суд указал, что антимонопольный контроль за торгами, в том числе контроль за соблюдением процедуры торгов, ограничен случаями, когда результаты проведения определенных торгов способны оказать влияние на состояние конкуренции на соответствующих товарных рынках. Осуществление антимонопольного контроля за торгами, проводимыми в рамках дел о банкротстве, не является безусловным и в каждом случае требует обоснования со стороны антимонопольного органа с точки зрения реализации целей закона о защите конкуренции, говорит Наталья Ершова.
В настоящее время продолжает активно формироваться судебная практика по отмене решений и предписаний ФАС, вынесенных в отношении банкротных торгов. Так, в частности, в Определении Верховного суда РФ от 09.07.2026 № 305-ЭС26-4579 по делу № А40-61143/2025, суд оставил в силе решение трех инстанций, признавших недействительным решение ФАС, указав, что антимонопольным органом при проведении проверки были установлены со стороны конкурсного управляющего исключительно нарушения положений закона о банкротстве, без ссылок на закон о защите конкуренции, антимонопольным органом не было указано, каким образом результаты проводимых торгов оказали влияние на состояние конкуренции на соответствующем товарном рынке. Мы считаем такой подход правильным, поскольку за торгами в процедурах банкротства установлен судебный контроль, который не может и не должен подменяться антимонопольным контролем, осуществляемым без соблюдения прав и законных интересов всех субъектов процедуры банкротства и проводимый вне рамок гражданской процессуальной формы.
