Минэкономразвития РФ рассматривает возможность введения процедуры досудебной санации должников, которая позволит должнику и кредиторам договориться о реструктуризации задолженности с минимизацией рисков этой сделки. Об этом сообщил первый заместитель главы ведомства Максим Колесников на форуме «Банкротства. Новая реальность».
По словам Колесникова, ведомство надеется, что в ближайшее время в рамках изменений появится новая процедура добанкротной санации. Данная новация не была предусмотрена в версии законопроекта о комплексной реформе института банкротства, который правительство внесло в Госдуму в 2021 г.
Максим Колесников отметил, что хотя кредиторы и сейчас могут договориться с должником о реструктуризации долга, они заключают соответствующие сделки на свой страх и риск. Если избежать банкротства не удастся, упомянутые сделки могут быть оспорены в процедуре. Также сейчас отсутствует защита от подачи заявления о банкротстве кредитором, заключившим соглашение о реструктуризации, но позже передумавшим.
Еще одна проблема — невозможность навязать условия реструктуризации несогласным с ней кредиторам. Минэкономразвития предлагает предусмотреть такую опцию, если большинство кредиторов готовы спасать должника. Колесников пояснил, что ведомство прописывает правила игры, при которых кредиторы, не присоединяющиеся к большой сделке с должником, смогут либо выбрать условия сами, либо суд определит наилучшие условия. Первый замглавы Минэкономразвития подчеркнул, что так называемое принуждение будет возможным только через суд.
Работа над идеей комплексной реформы института банкротства ведется в правительстве уже давно. В мае 2021 г. Минэкономразвития после нескольких лет работы над законопроектом (№ 1172553-7) внесло его в Госдуму, но он до сих пор не рассмотрен даже в первом чтении.
О возвращении властей к работе над проектом комплексной реформы банкротства глава Минэкономразвития Максим Решетников сообщил в начале 2025 г. (см. статью Решетников: перезагрузка законодательства о банкротстве – задача на 2025 г.). В сентябре он рассказал о планах внести в Госдуму обновленную редакцию законопроекта до конца 2025 г. По его словам, были проведены обсуждения основных положений реформы с заинтересованными сторонами, деловыми объединениями и экспертами. После финальных согласований предложенные подходы будут вынесены на рассмотрение Госдумой.
Документ предлагает кардинально изменить правила банкротства в России. Проект предусматривает ликвидацию процедур наблюдения, финансового оздоровления и внешнего управления, им на смену должны прийти реструктуризация долгов и конкурсное производство (ликвидация).
Почему это важно
Новая позиция Минэкономразвития – тот случай, когда реформа может изменить саму архитектуру российского банкротства, отметил Давид Кононов, адвокат, управляющий партнер Адвокатского бюро «Мушаилов, Узденский, Рыбаков и партнеры».
«И хочется похвалить человека, которому пришла в голову такая мысль, ведь сегодня у нас есть только два пути: либо формальное банкротство, либо какие-то переговоры и договоренности до процедуры, которые ничем не защищены. Досудебная санация впервые может создать легальное пространство, где бизнес можно еще спасти», – подчеркнул он.
Сейчас любые договоренности между должником и кредиторами – сделка, которую в случае банкротства могут оспорить, продолжил он. Такой уровень неопределенности делает полноценные антикризисные механизмы фактически недоступными. Ключевой плюс идеи, по словам Давида Кононова, в том, что она переводит фокус с ликвидации на предотвращение банкротства. Это то, чего давно не хватало крупным кредиторам, указал он.
В то же время потребуется установить границы иммунитета таких сделок.
Что именно будет защищено от последующего оспаривания?
И будут ли суд/кредиторы иметь право корректировать структуру сделки, если она отличается от рыночного стандарта?
И что есть рыночный стандарт?
Еще один небесспорный элемент, по его словам, – возможность навязать план несогласным кредиторам, если большинство поддержало реструктуризацию.
С одной стороны, это не революция, а мировая норма – так называемый сram down. Здесь государство признает, что у кредиторов разные мотивы: одни хотят восстановить должника, другие – дожать, распродать активы и ликвидировать. С другой стороны, если правила пропишут слишком широко, процедура может стать инструментом злоупотреблений с риском «скатывания» в план, выгодный крупнейшему кредитору, а не рынку в целом. Если слишком узко – рынок в нее просто не поверит. Поэтому навязывание условий несогласному кредитору допустимо только при строгих критериях справедливости и прозрачного механизма оценки экономической целесообразности плана, предупредил он.
Но важно учитывать, что любая юридическая конструкция – есть не решение, а форма выражения договоренностей и экономической природы принятых решений. Без экономической, финансовой и любой другой поддержки, предлагаемые механизмы могут остаться лишь формальным процессом перед неизбежной ликвидацией, заключил Давид Кононов.
Российский рынок страдает не от недостатка банкротных процедур, а от полного отсутствия легальной инфраструктуры для досудебного/добанкротного оздоровления/поддержки. Если же Минэкономразвития удастся прописать механизм так, чтобы он не превращался в способ оттянуть неизбежное и не становился инструментом злоупотреблений, то это будет первая за много лет реформа, способная уменьшить поток банкротств за счет реальных, а не декоративных реабилитационных механизмов.
