Экономколлегия может в очередной раз разъяснить судам, что признание сделки недействительной по формальным критериям недопустимо и оценке подлежат все фактические обстоятельства дела.

Компания «Солнечное» по договору купли-продажи обязалась построить и передать АО «Тандер» торговый центр. В счет оплаты «Тандер» перечислил «Солнечному» аванс на сумму 286 млн рублей. Часть денег покупатель перечислил непосредственно платежными поручениями, а часть аванса была урегулирована заключением в последующем соглашении о зачете встречных требований в счет оплаты долга «Солнечного» перед «Тандером». При этом указанный долг возник у «Солнечного» в связи с заключением с аффилированной с ней компанией «Ленхард Девелопмент» соглашения о переводе долга. По его условиям «Солнечное» приняло на себя долг, возникший из соглашения «Ленхард Девелопмент» и «Тандера» об урегулировании финансовых претензий. В дальнейшем «Солнечное» было признано банкротом. В рамках банкротства по заявлению конкурсного управляющего суд первой инстанции, с которым согласились апелляция и кассация, признал указанные соглашения о зачете встречных требований и о переводе долга недействительными сделками. После чего «Тандер» пожаловался в Верховный суд, который решил рассмотреть этот спор 27 ноября (дело А33-12534/2020)

Фабула

В мае 2017 года ООО «Солнечное» (продавец) и АО «Тандер» (покупатель) заключили договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого продавец обязался до декабря 2018 года построить здание (торговый центр) и передать в собственность покупателя часть здания, а покупатель оплатить 393 млн рублей.

«Тандер» в качестве аванса перечислил «Солнечному» 286 млн рублей, что подтверждается не только платежными поручениями, но и заключенным в августе 2018 года соглашением о зачете встречных требований в счет оплаты долга «Солнечного» перед «Тандером» на сумму 61 млн рублей.

Возврат ООО «Солнечное» авансовых платежей был обеспечен пятью банковскими гарантиями «Московского индустриального банка».

Кроме того, «Тандер» и ООО «Ленхард Девелопмент» (аффилированное с ООО «Солнечное» лицо) заключили договор генерального подряда, от исполнения которого «Тандер» отказался в одностороннем порядке. Стороны урегулировали финансовые претензии по договору подряда в заключенному в апреле 2018 года соглашении.

В апреле 2018 года «Ленхард Девелопмент» и «Солнечное» заключили соглашение о переводе долга, по условиям которого «Солнечное» приняло на себя долг, возникший из соглашения «Ленхард Девелопмент» и «Тандера» об урегулировании финансовых претензий с «Тандером» в размере 61 млн рублей.

В августе 2018 года «Солнечное» и «Тандер» подписали соглашение о зачете встречных требований, по условиям которого принятый «Солнечным» долг «Ленхард Девелопмент» в размере 61 млн рублей стал следующим (очередным) авансовым платежом ему от «Тандера» по договору купли-продажи.

Наконец, в марте 2019 года «Солнечное» получило уведомление «Тандера» об отказе от договора купли-продажи и возврате авансовых платежей, оставленное им без исполнения.

В апреле 2019 года «Тандер» предъявил «Московскому индустриальному банку» требование о ненадлежащем исполнении «Солнечным» обязательств по договору купли-продажи. А в сентябре 2019 года суд по требованию «Тандера» взыскал с «Московского индустриального банка» задолженность по банковским гарантиям на 286 млн рублей. Банк исполнил это решение суда в ноябре 2019 года.

В мае 2020 года суд принял к производству заявление «Московского индустриального банка» о банкротстве ООО «Солнечное». И в ноябре 2020 года «Солнечное» было признано банкротом.

В рамках банкротства конкурсный управляющий «Солнечного» потребовал признать недействительными:

договоры займа, заключенные в 2017 году между ООО «Солнечное» (займодавец) и «Ленхард Девелопмент»;

соглашение о взаимозачете, заключенного между теми же лицами;

соглашение о переводе долга от апреля 2018, заключенное между «Солнечным» и «Ленхард Девелопмент»;

соглашение о взаимозачете от августа 2018 года, заключенное между «Солнечным» и «Тандером».

КУ указал, что все оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, в отсутствии какой-либо экономической целесообразности для должника, причинили вред его кредиторам и являются недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, с которым согласились апелляция и кассация, удовлетворил требования КУ частично. Были признаны недействительными соглашение «Солнечного» и «Ленхард Девелопмент» о переводе долга от апреля 2018 и соглашение «Солнечного» и «Тандера» о взаимозачете от августа 2018 года. Суд применил последствия недействительности сделок в виде восстановления сторон в первоначальное положение, существовавшее до названных сделок.

«Тандер» пожаловался в Верховный суд, который решил рассмотреть этот спор 27 ноября.

Что решили нижестоящие суды

Суды, отклонив доводы «Тандера» о пропуске КУ срока на оспаривание данных сделок, установили совершение сделок аффилированными лицами с противоправной целью при наличии признаков несостоятельности как должника, так и «Ленхард Девелопмент». При этом отсутствовали встречное исполнение и экономическая целесообразность для должника. 

Что думает заявитель

«Тандер», помимо прочего, настаивает на отсутствии состава, предусмотренного положениями пункта 2 статьи 61.2 закона о банкротстве, так как сделки являются равноценными, совершены с целью погашения реальных обязательств перед независимым кредитором – «Тандером», в отсутствии неисполненных обязательств перед иными кредиторами у «Солнечного» и цели причинения им вреда.

Что решил Верховный суд

Судья ВС Е.С. Корнелюк сочла доводы жалобы заслуживающими внимания и передала спор в Экономколлегию.

Почему это важно

По словам руководителя банкротной практики Yalilov & Partners Аиды Сабирзяновой, из анализируемых судебных актов, на первый взгляд, следует, что нижестоящие суды установили все необходимые элементы состава, предусмотренного положениями пункта 2 статьи 61.2 закона о банкротстве. 

Сделка совершена с аффилированным лицом в период подозрительности и неплатежеспособности безвозмездно, что указывает на обоснованное удовлетворение заявления конкурсного управляющего о признании соглашения о переводе долга и соглашения о взаимозачете недействительными сделками. Между тем, как неоднократно указывал Верховный суд РФ, формальный подход при рассмотрении споров недопустим. Из судебного акта о передаче кассационной жалобы на рассмотрение в судебном заседании следует, что судами нижестоящих инстанций не дана оценка всем фактическим обстоятельствам дела. Так, АО «Тандер», в числе прочего, указывает, что в результате спорной сделки произошло уменьшение кредиторской задолженности. Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные конкурсным управляющим требования, указал, что при определении такого признака подозрительной сделки по пункту 2 статьи 61.2 закона о банкротстве, как причинение вреда от сделки, во внимание следует принимать совокупный экономический эффект для должника от вступления в несколько объединенных общей целью юридических отношений. Однако в рассматриваемом случае, как следует из судебного акта о передаче кассационной жалобы на рассмотрение, общий экономический эффект не был оценен судом.

Аида Сабирзянова
руководитель банкротной практики Юридическая фирма Yalilov & Partners
«

По словам Аиды Сабирзяновой, в результате цепочки сделок должник не только приобрел неликвидное, как указывают суды, право требование в размере 61 млн рублей, но и уменьшил размер кредиторской задолженности на сумму 61 млн рублей.

«Таким образом, фактически конкурсная масса не претерпела каких-либо изменений. Судебная коллегия Верховного суда РФ, по моему мнению, может отменить судебные акты на основании вышеуказанного и в очередной раз разъяснить нижестоящим судам, что признание сделки недействительной по формальным критериям недопустимо и оценке подлежат все фактические обстоятельства дела», – пояснила она.

Управляющий партнер экспертной компании «Лаборатория права» Илья Познанский отметил, что в фокусе внимания ВС РФ в очередной раз окажутся вопросы аффилированности должника и равноценности встречного предоставления по сделкам, совершенным в преддверии банкротства. 

Сложность комментируемого дела состоит в том, что сделка по переводу долга, которую оспаривает конкурсный управляющий, была совершена между аффилированными компаниями, обе из которых обладали признаками несостоятельности. Впоследствии права требования, перешедшие к должнику, были им зачтены против обязательств ООО «Тандер». Суды нижестоящих инстанций подошли к вопросу формально, установив аффилированность и оценивая экономическую целесообразность сделок для должника. Однако за рамками комментируемых актов осталось важное обстоятельство: цессия (по общему правилу) не требует согласия обязанного лица. В связи с этим ООО «Тандер» не могло повлиять на переход долга и появление оснований для последующего зачета требований. Иначе говоря, правило о совершении сделки аффилированным лицом не может применяться к ответчику в настоящем деле, а вопрос о том, могли ли действия ООО «Тандер» иметь своей целью причинение вреда кредиторам должника – спорный. Можно предположить, что ВС РФ обратит внимание на данное обстоятельство и ориентирует нижестоящие суды верно определить предмет доказывания по настоящему обособленному спору.

Илья Познанский
управляющий партнер Экспертная компания «Лаборатория права»
«

Партнер ProLegals Елена Кравцова отметила, что в данном деле все участники сделок с должником являются аффилированными лицами, в связи с чем работает презумпция о причинении сделками вреда, если есть сомнения. 

Из судебных актов не усматривается оснований для их пересмотра. Могу лишь предположить, что это следует из неверного применения норм закона о банкротстве, связанных с квалификацией сделок (например, как неравноценные), а тогда могут быть оспорены сделки, совершенные только в течение года до принятия заявления о банкротстве. Тогда они совершены за сроком на их оспаривание, что влечет отказ в удовлетворении заявления.

Елена Кравцова
адвокат, партнер Коллегия адвокатов ProLegals
«

По словам юриста судебно-арбитражной практики АБ ЕПАМ Дениса Казакова, нижестоящие суды исходили из того, что у должника отсутствовала экономическая целесообразность безвозмездно принимать на себя долг аффилированного лица и зачитывать его против требования к платежеспособному контрагенту.

Основные вопросы вызывает первая сделка с аффилированным лицом, однако негативные последствия от оспаривания сделок несет не связанный с должником контрагент. Это спорный подход с учетом того, что из текста судебных актов не следует, что реальность зачтенных обязательств перед контрагентом вызвала сомнения, а сам зачет был совершен почти за два года до возбуждения дела о банкротстве. При оценке сделок с участием аффилированных лиц нужно учитывать корпоративную структуру их бизнеса. Если компании принадлежат одному бенефициару, то для контрагента может не иметь значения, какая именно из компаний будет участвовать в расчетах. Верховный суд проверит, насколько справедливо установлен баланс интересов сторон, и имелись ли основания для признания сделок недействительными с учетом сложившейся структуры взаимоотношений сторон.

Денис Казаков
юрист судебно-арбитражной практики Адвокатское бюро ЕПАМ
«