ООО «КМ-Строй» и ООО «Автопроект», контролируемые Евгением Катюшкиным, заключили договоры займа. В 2021–2022 гг. ООО «КМ-Строй» перечислило ООО «Автопроект» 396,3 млн рублей в счет возврата займов и процентов. В 2023 г. ООО «КМ-Строй» было признано банкротом. Министерство строительства Воронежской области обратилось в суд с требованием о признании платежей недействительными и применении последствий недействительности. Суды первой и апелляционной инстанций частично удовлетворили требования, признав недействительными платежи на 33,3 млн рублей. Суд округа отменил акты нижестоящих судов и направил спор на новое рассмотрение, указав на неполное исследование обстоятельств дела, в частности финансового состояния должника и внутригрупповых операций (дело № А40-190152/23).
Фабула
ООО «КМ-Строй» (заемщик) и ООО «Автопроект» (займодавец), контролируемые Евгением Катюшкиным, заключили договоры процентного займа. С апреля 2021 г. по октябрь 2022 г. ООО «КМ-Строй» перечислило ООО «Автопроект» 396,3 млн рублей, из которых 390,2 млн рублей – в счет возврата займов, а 6,1 млн рублей – в счет процентов.
В ноябре 2023 г. ООО «КМ-Строй» было признано банкротом. В октябре 2024 г. Министерство строительства Воронежской области обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании платежей недействительными и применении последствий недействительности.
Суды первой и апелляционной инстанций частично удовлетворили требования, признав недействительными платежи на 33,3 млн рублей. ООО «Автопроект» пожаловалось в суд округа, ссылаясь на законность сделок по финансированию должника.
Что решили нижестоящие суды
Суды первой и апелляционной инстанций установили, что ООО «КМ-Строй» с 2017 г. находилось в состоянии имущественного кризиса, не имея собственных средств для деятельности. Финансирование должника осуществлялось за счет займов аффилированных компаний, при этом полученные по госконтрактам средства направлялись на возврат займов, а не на исполнение контрактов. Суды указали, что ООО «КМ-Строй» являлось «центром убытков», позволяя «центрам прибыли» обогащаться за его счет в ущерб независимым кредиторам.
Суды пришли к выводу, что сделки по изъятию финансирования являются недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве как совершенные в целях причинения вреда кредиторам. Суд апелляционной инстанции снизил сумму, подлежащую взысканию, до 33,3 млн рублей с учетом встречных предоставлений по кредитной линии внутри группы компаний ООО «КМ-Строй».
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Московского округа указал, что для признания сделки недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать цель причинения вреда кредиторам, факт причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об этой цели. Цель причинения вреда предполагается, если должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.
Нижестоящие суды не провели надлежащий анализ финансового состояния ООО «КМ-Строй». Они не установили наличие и размер неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами, ограничившись констатацией наличия кредиторской задолженности. Не были учтены даты возникновения обязательств, наличие дебиторской задолженности и факт приобретения материалов для исполнения контрактов.
Для определения имущественного кризиса недостаточно самого факта неоплаты долга одному из кредиторов. Необходимо установить объективную неплатежеспособность должника — критический момент, когда он утрачивает способность в полном объеме удовлетворять требования кредиторов из-за снижения стоимости чистых активов. Требуется определить размер и реальные даты просрочки исполнения обязательств.
Окружной суд принял во внимание доводы ООО «Автопроект» о небольшом размере непогашенных обязательств в 2021–2022 гг. (около 43,6 млн рублей), о значительной выручке ООО «КМ-Строй» в этот период (148 млн рублей в 2021 г. и 268 млн рублей в 2022 г.), о перечислении ООО «КМ-Строй» свыше 379 млн рублей контрагентам после спорных платежей, а также о заключении крупных госконтрактов в 2021 г. на сумму более 1,4 млрд рублей.
Привлечение займов для финансирования текущей деятельности является стандартной практикой в строительной отрасли и само по себе не свидетельствует о финансовом кризисе. Условия заключенных ООО «КМ-Строй» контрактов предусматривали авансирование в размере 30% от стоимости работ.
Суд также обратил внимание на неполный учет судом апелляционной инстанции внутригрупповых операций при расчете суммы средств, полученных ООО «КМ-Строй» и возвращенных им займодавцу. Денежную сумму, полученную ответчиком, надлежало исчислять исходя из анализа совокупности операций внутри группы компаний.
Итог
Арбитражный суд Московского округа отменил определение Арбитражного суда города Москвы и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда о признании недействительными части платежей ООО «КМ-Строй» в пользу ООО «Автопроект» и направил спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.
Почему это важно
Позиция Арбитражного суда Московского округа соответствует законодательству о банкротстве и позволит стабилизировать практику по аналогичным спорам в пользу аффилированных лиц, отметила Полина Лексина, партнер Юридической компании Gate.legal.
Оспаривание сделки по изъятию аффилированным лицом компенсационного финансирования, продолжила она, безусловно предполагает проверку сделки на соответствие критериям, установленным ст. 61.2 Закона о банкротстве и неоднократно разъясненным высшими судебными инстанциями. В свою очередь, предоставление компенсационного финансирования не свидетельствует о признаках неплатежеспособности должника на момент совершения сделки, что требуется для установления презумпции по правилам п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.
Описываемая в судебном акте бизнес-модель, при которой должник является центром убытков для группы компаний, и расчеты с контрагентами производятся путем перечисления денег со счетов остальных компаний внутри группы на счет должника, не является чем-то новым для экономики, более того, использование такой модели не свидетельствует о недобросовестности аффилированных лиц априори. Как верно указывает кассационный суд, при оспаривании сделки в схожих ситуациях для установления признаков неплатежеспособности судам необходимо определять итоговое сальдо встречных предоставлений внутри группы и оценивать его в совокупности с задолженностью компании на момент сделки, чтобы понять, привело ли изъятие финансирования к невозможности исполнения обязательств должника.
По мнению Екатерины Голдобиной, старшего юриста Юридического партнерства «Курсив», возврат компенсационного финансирования в деле о банкротстве – рискованная сделка в свете актуальной судебной практики.
ВС РФ считает подобные сделки недействительными в силу ст. 61.2 Закона о банкротстве, так как если инвестор осведомлен о кризисной ситуации и все равно предоставляет ненадежному заемщику финансирование, то возврат таких инвестиций должен производиться только после расчетов с внешними кредиторами (определение ВС РФ от 26 июня 2024 г. № 302-ЭС23-30101(1,2), Обзор судебной практики ВС РФ от 29 января 2020 г.), указала она.
Так, согласно п. 3.1 Обзора судебной практики ВС РФ от 29 января 2020 г., сокрытие аффилированным лицом информации о нахождении должника в трудном экономическом положении (имущественном кризисе) и попытка преодолеть кризис посредством внутреннего публично нераскрываемого компенсационного финансирования ведет к тому, что данное лицо принимает риск неосуществления плана выхода из кризиса на себя и впоследствии не вправе перекладывать его на других кредиторов.
В подобных спорах суды анализируют мотивы, сроки, суть операции и имущественное положение должника, чтобы определить, была ли сделка направлена на вывод денежных средств в ущерб независимым кредиторам, и могут признать ее недействительной, что приведет к реституции средств должнику, уточнила она.
В данном деле выводы судов о компенсационном финансировании свелись к тому, что аффилированное с должником общество «Автопроект» выдало займы и получало их возврат от должника, находившегося в состоянии имущественного кризиса. Суды посчитали, что имущественный кризис наступил в 2017–2021 гг., так как в этот период образовалась включенная впоследствии в реестр требований кредиторов задолженность по государственным контрактам и иным обязательствам перед третьими лицами.
Ответчик возражал против подхода нижестоящих судов к определению момента наступления имущественного кризиса, так как не принято во внимание:
успешное исполнение контрактов со стороны «КМ-Строй» до 2021 г. и поле;
осуществление хозяйственной деятельности ООО «КМ-Строй», исполнение обязательств перед контрагентами.
Данное дело, по ее словам, наглядно демонстрирует возникающие в практике трудности, связанные с отсутствием четкого разграничения таких понятий, как «объективная неплатежеспособность», «имущественный кризис», «неплатежеспособность». Понятие имущественного кризиса – наиболее абстрактное из всех перечисленных, что создает неопределенность в судебной практике и отсутствие единого подхода к тому, какие обстоятельства и доказательства необходимо исследовать для определения даты наступления имущественного кризиса.
Так, Суд округа посчитал исследование имущественного состояния должника только по дате возникновения обязательств перед реестровыми кредиторами недостаточным, так как суды не исследовали финансовые показатели деятельности должника, его отчетность. Таким образом, квалификация судами правоотношений сторон как компенсационное финансирование могла быть преждевременно, учитывая недостаточное исследование имущественного состояния должника. Суд округа обоснованно обратил внимание, что не каждое финансирование от аффилированного лица будет компенсационным, а для установления наступления имущественного кризиса должника, невозможно без исследования финансовой отчетности должника.
Анализируемая судебная практика вновь акцентирует внимание на критической необходимости тщательного анализа сделок, особенно в вопросах платежеспособности должника на момент их заключения, и степени влияния самого факта аффилированности лиц на итоговую оценку сделки, полагает Мария Куренкова, партнер Юридического бюро «ЛОББИ».
По ее словам, часто наблюдается недостаточный анализ платежеспособности, что приводит к неверным выводам о сделках между аффилированными лицами. Не каждая такая сделка имеет негативную цель для кредиторов: важно учитывать, что компенсаторное финансирование может свидетельствовать о добросовестности сторон.
Многие компании успешно используют модель привлечения заемных средств от аффилированных организаций, исполняя в дальнейшем свои обязательства. Кроме того, положительная динамика бизнеса и реальная прибыль должника в рассматриваемом случае подчеркивают, что формальная аффилированность не всегда указывает на недобросовестные намерения. Судебный акт напоминает о необходимости глубокой аналитики и изучения реальных финансовых целей участников сделок для установления объективных обстоятельств по делу и безусловно окажет влияние на формируемую судебную практику.
По мнению Александра Панова, старшего юриста Евразийского правового бюро «Кандырин и партнеры», суд кассационной инстанции отметил возможность и законность ведения бизнеса путем финансирования деятельности за счет участников группы компаний.
Факт наличия займов от аффилированных лиц для пополнения оборотных средств не свидетельствует о наличии финансового кризиса или невозможности исполнения обязательств. Суд в очередной раз указал на необходимость применения позиций, закрепленных в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2021), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 7 апреля 2021 г.
Нельзя отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве. Иной подход к толкованию такого обстоятельства повлек бы нарушение баланса интересов в банкротных делах, при котором должники будут в более уязвимом положении перед кредиторами. Кроме того, суд кассационной инстанции указал на необходимость определения итогового сальдо встречных предоставлений, что при новом рассмотрении дела позволит установить действительный размер вреда кредиторам. В нашей компании по указанному подходу существует положительная практика на уровне Верховного Суда РФ (см.: определения Верховного Суда РФ № 305-ЭС20-2701 по делу № А40-286599/2019 от 7 июня 2024 г.; № 305-ЭС20-2011(7) по делу № А40-304889/2019 от 7 июня 2024 г.; № 305-ЭС20-2011(5) по делу № А40-304889/2019 от 7 июня 2024 г.; № 305-ЭС20-2011(6) по делу № А40-304889/2019 от 7 июня 2024 г.).
Комментируемый судебный акт придерживается ранее закрепленных позиций Верховного Суда РФ о необходимости объективного рассмотрения всех обстоятельств спора, заключил он.
