В рамках дела о банкротстве Игоря Севрюкова финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о завершении реализации имущества. Суд первой инстанции завершил процедуру без освобождения должника от обязательств из-за частичного неисполнения обязанности по передаче документов. Апелляционный и окружной суды освободили Севрюкова от долгов, не усмотрев злоупотребления. Кредитор Андрей Каменев обратился в Верховный Суд, указав на недобросовестность должника, неисполнение судебного акта и сокрытие источников дохода при поездках за рубеж. По мнению Каменева, это препятствует освобождению от долга свыше 1,5 млрд рублей. Заместитель председателя ВС РФ Ю.Г. Иваненко передал спор в Экономколлегию (дело № А40-154961/2016).
Фабула
В деле о банкротстве Игоря Севрюкова финансовый управляющий Виталий Толмачев обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о завершении процедуры реализации имущества.
Суд первой инстанции завершил процедуру без освобождения должника от обязательств из-за частичного неисполнения обязанности по передаче документов. Апелляционный и окружной суды освободили Севрюкова от долгов, не усмотрев злоупотребления.
Кредитор Андрей Каменев пожаловался в Верховный Суд РФ, оспаривая освобождение должника от обязательств на сумму свыше 1,5 млрд рублей.
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд города Москвы завершил реализацию имущества Севрюкова без освобождения от обязательств, поскольку должник лишь частично исполнил определение от 18 сентября 2017 г. о передаче документации финансовому управляющему.
Девятый арбитражный апелляционный суд отменил акт первой инстанции в части отказа в освобождении от долгов. Суд учел позицию финансового управляющего об отсутствии негативного влияния на формирование конкурсной массы из-за непредоставленных документов, сослался на передачу должником всей имеющейся информации об имуществе и не установил доказательств недобросовестности Севрюкова.
Арбитражный суд Московского округа согласился с выводами апелляции.
Что думает заявитель
Каменев посчитал ошибочным освобождение Севрюкова от обязательств при наличии злоупотребления правом и отсутствии содействия финансовому управляющему в формировании конкурсной массы на протяжении более 8 лет банкротства.
По мнению Каменева, недобросовестность должника выразилась в неисполнении судебного акта об истребовании документов и имущества, многократных поездках за рубеж (в Великобританию и Испанию) без раскрытия источников средств, что свидетельствует о сокрытии активов.
Заявитель подчеркнул, что суды оставили приведенные обстоятельства без внимания и они препятствуют списанию долга свыше 1,5 млрд рублей.
Что решил Верховный Суд
Судья ВС отказал в передаче жалобы Каменева для рассмотрения СКЭС. Однако зампред ВС РФ — глава Коллегии по экономическим спорам Ю.Г. Иваненко отменил отказной акт судьи ВС и передал спор в Экономколлегию.
Почему это важно
Закон о банкротстве дает право на освобождение от задолженности только добросовестным должника, то есть тем, кто не злоупотребляет правами и стремится исполнить свои обязательства, хотя и испытывает трудности, отметила Ксения Борисова, адвокат Адвокатской конторы «Аснис и партнеры».
Недобросовестных должников, продолжила она, закон лишает права на списание долгов (ч. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве). Одним из таких случаев является непредоставление необходимых сведений финансовому управляющему, воспрепятствование деятельности финансового управляющего.
По настоящему делу имел место факт вынесения судом определения об обязании должника передать запрошенную финансовым управляющим документацию, материальные и иные ценности. При этом финансовый управляющий при завершении процедуры указал, что истребованные документы существенного влияния на проведение процедуры не оказали, подчеркнула она.
В такой ситуации отмена определения судьи ВС РФ по мотивам того, что имело место недобросовестное поведение должника в неисполнении определения суда об истребовании документов, повлекшее необоснованное затягивание процедуры банкротства, является фактической попыткой переоценки доказательств, а не свидетельством о нарушении норм материального права. Более того, не ясно, как факты поездок должника за рубеж без раскрытия источников данных расходов могут иметь значение для дела, если ранее никто из заинтересованных лиц (кредиторы, финансовый управляющий) не принимал мер по выяснению данных обстоятельств, в том числе, путем истребования данной информации у должника, и пр. В связи с этим представляется, что гражданин-банкрот был на законных основаниях освобожден от долгов.
В рассматриваемом деле в реестр требований кредиторов должника включены требования на сумму более 1,5 млрд руб., а по результатам проведения процедуры банкротства погашено менее 5 млн руб., что составляет менее половины процента реестра, констатировала Ирина Межуева, ведущий эксперт Юридической компании «Центр по работе с проблемными активами».
При этом, согласно доводам кассаторов, должник имел иное имущество, которое было сокрыто от кредиторов, уклонялся от исполнения обязанностей, предусмотренных законом, и препятствовал эффективному проведению процедуры банкротства, дополнила она.
Результатом рассмотрения жалобы, вероятно, будет отмена судебных актов об освобождении должника от обязательств и оставление в силе определения суда первой инстанции, которым должник не был освобожден от долгов, предположила она. Действия должника в данном случае действительно имели признаки недобросовестности, и освобождение его от обязательств на сумму более 1,5 млрд руб. явно не соответствует целям банкротства, полагает Ирина Межуева.
Решение о полном освобождении должника от обязательств должно приниматься лишь в случае, если его поведение соответствовало стандарту поведения добросовестного должника. Минимальные сомнения в добросовестности должны толковаться в пользу кредиторов, а должнику должна быть предоставлена возможность обосновать свое поведение. Судебный акт может оказать существенное влияние на практику разрешения вопроса об освобождении должника от обязательств, если по результатам рассмотрения ВС РФ сформулирует подход для определения добросовестного поведения должника.
По мнению Анны Нехиной, генерального директора Юридической фирмы «Лаборатория антикризисных исследований», передав дело на рассмотрение Коллегии, Верховный Суд поддержал заданную ранее тенденцию, направленную на расширение оснований для неосвобождения гражданина от долгов.
В абсолютном большинстве случаев, по ее словам, суды формально подходят к вопросу об освобождении граждан от дальнейшего исполнения обязательств, ограничиваясь перечнем случаев, поименованных в законе и ссылаясь на социально-реабилитационный характер процедуры банкротства. Для решения вопроса об освобождении от долгов важное значение должно иметь поведение должника в ходе процедуры банкротства.
Любые действия должника, затрудняющие проведение процедуры и препятствующие формированию конкурсной массы, должны получать в каждом конкретном случае оценку на предмет злонамеренности. По нашему мнению, в данном вопросе нет места судейскому усмотрению. Верховному Суду надлежит определить возможность неосвобождения гражданина от долгов при непередаче документов управляющему и установить критерии применения такого основания, что положительно повлияет на практику и будет стимулировать должников к добросовестному поведению в процедуре.
Закон о банкротстве достаточно четко устанавливает круг обстоятельств, при наличии которых должник не может быть освобожден от обязательств после завершения процедуры банкротства, среди которых – непредоставление необходимых сведений финансовому управляющему, если это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина, напомнила Анна Скорова, ведущий юрист Юридической фирмы INTELLECT.
В силу сложившейся судебной практики, уточнила она, исключения могут составлять ситуации, когда должник доказал, что информация не была раскрыта ввиду отсутствия у него реальной возможности ее предоставить, либо должник добросовестно заблуждался в ее значимости, либо информация не имела существенного значения для решения вопросов банкротства (п. 22 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2021), утв. Президиумом ВС РФ 10 ноября 2021 г.).
В рассматриваемом случае финансовый управляющий как раз утверждает, что непредоставление сведений не оказало существенного влияния на процедуру банкротства. Однако, учитывая, что конкурсный кредитор настаивал на обратном, эти обстоятельства должны были исследоваться и устанавливаться при вынесении судебных актов, чего сделано не было, заключила Анна Скорова.
Что касается многократных поездок должника за границу – это действительно должно было вызвать вопросы у финансового управляющего, касающиеся раскрытия источника дохода для выезда за рубеж. При отсутствии таких пояснений/доказательств поведение должника нельзя считать добросовестным. Следовательно, его освобождение от долговых обязательств являлось преждевременным. Полагаем, что Экономколлегия сочтет обстоятельства дела недостаточно полно исследованными, в связи с чем оно будет направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
