ЗАО «ИК «Энергокапитал» было признано банкротом и в ходе конкурсного производства в результате продажи имущества возник налог на прибыль в размере около 49 млн рублей. Налоговая инспекция принудительно списала эту сумму со счета ЗАО «ИК «Энергокапитал», однако суд в рамках обособленного спора признал эти списания недействительными и обязал вернуть средства в конкурсную массу. После возврата денег ЗАО «ИК «Энергокапитал» потребовало выплатить проценты за их незаконное удержание в бюджетной системе. Суды трех инстанций удовлетворили требование частично, взыскав с инспекции 3,6 млн рублей процентов за период с июня 2023 года по январь 2024 года. Налоговая инспекция обратилась в Верховный суд, настаивая, что проценты можно начислять только с момента вступления в силу решения о недействительности сделки, а не с даты публикации постановления Конституционного суда от 31 мая 2023 г. № 28-П. Заявитель также указал, что механизм взыскания процентов не подлежит применению, поскольку налог был взыскан в ущерб интересам иных кредиторов. Судья Верховного суда Марина Антонова передала спор в Экономколлегию (А56-42047/2024).
Фабула
В октябре 2016 года Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области признал ЗАО «ИК «Энергокапитал» банкротом. При этом в третьем квартале 2021 года состоялась реализация имущества должника. Конкурсный управляющий ЗАО «ИК «Энергокапитал» представил в налоговую инспекцию декларацию по налогу на прибыль за 9 месяцев 2021 года, где сумма исчисленного налога составила 49 млн рублей, однако уплата не была произведена.
Налоговый орган направил требование об уплате налога, а затем принял решение о взыскании задолженности и направил в банк инкассовые поручения, которые банк исполнил в декабре 2021 года.
В ноябре 2023 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд разрешил разногласия между конкурсным управляющим ЗАО «ИК «Энергокапитал» и налоговой инспекцией в отношении очередности погашения налога на прибыль. Сделки по списанию денежных средств с расчетного счета ЗАО «ИК «Энергокапитал» в общей сумме 49,6 млн рублей по поручениям инспекции были признаны недействительными и применены последствия недействительности в виде взыскания в конкурсную массу указанной суммы. Денежные средства были возвращены инспекцией 15 января 2024 года.
ЗАО «ИК «Энергокапитал» обратилось в суд с заявлением о взыскании процентов на основании пункта 4 статьи 79 Налогового кодекса за период с 30 декабря 2021 года до даты возврата денежных средств.
При новом рассмотрении суд первой инстанции признал незаконным бездействие налогового органа, выразившееся в невыплате процентов, и обязал инспекцию выплатить ЗАО «ИК «Энергокапитал» 3,69 млн рублей за период с 1 июня 2023 года по 15 января 2024 года. Апелляционный и кассационный суды оставили решение без изменения.
Налоговая инспекция обратилась в Верховный суд, который решил рассмотреть этот спор.
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области признал незаконным бездействие налогового органа и обязал инспекцию выплатить ЗАО «ИК «Энергокапитал» проценты в сумме 3,69 млн рублей за период с 1 июня 2023 года по 15 января 2024 года. Суд исходил из того, что неправомерное взыскание налога подтверждается вступившим в законную силу постановлением апелляционного суда от 21 ноября 2023 года.
Суд указал, что после устранения правовой неопределенности постановлением Конституционного суда от 31 мая 2023 г. № 28-П у налогового органа отсутствовали основания не возвращать спорную сумму налога.
Тринадцатый арбитражный апелляционный суд и Арбитражный суд Северо-Западного округа поддержали выводы суда первой инстанции. Суды согласились с тем, что проценты подлежат начислению за период после принятия постановления Конституционного суда и до даты фактического возврата денежных средств.
Что думает заявитель
Налоговая инспекция указала, что ЗАО «ИК «Энергокапитал» избрало неверный способ защиты интересов, поскольку механизм взыскания процентов на основании пункта 4 статьи 79 Налогового кодекса не применим в случае уплаты налоговой задолженности в ущерб интересам иных конкурсных кредиторов. Заявитель настаивал, что суды ошибочно распространили действие постановления Конституционного суда на завершенные отношения по уплате налога. По мнению инспекции, сумма, возвращенная в конкурсную массу из-за несоблюдения очередности, не имеет признаков излишне взысканного налога.
Инспекция подчеркнула, что действие решений Конституционного суда во времени аналогично действию нормативного акта, изменяющего норму закона, и не подлежит применению к уже завершенным отношениям. Принудительное взыскание налога было осуществлено на основании декларации, в которой сумма налога была исчислена ЗАО «ИК «Энергокапитал» самостоятельно, поэтому последующая утрата основания для удержания суммы способна привести к квалификации налога в качестве излишне уплаченного, но не излишне взысканного.
Инспекция также отметила, что постановлением Конституционного суда нормы Налогового кодекса были признаны не противоречащими Конституции, а возникновение налоговой обязанности у банкрота было признано конституционно допустимым.
Заявитель указал, что действия инспекции по удержанию денежных средств создают неблагоприятные последствия не для налогоплательщика-банкрота, а для иных кредиторов, не получивших соразмерного удовлетворения. Статьи 78 и 79 Налогового кодекса не регулируют отношения по возмещению имущественного вреда, причиненного налоговым органом в рамках дела о банкротстве, а кредитор не лишен возможности доказывать убытки в общем порядке по статьям 15, 16, 1069 и 1070 Гражданского кодекса.
С учетом изложенного инспекция полагала, что проценты подлежат начислению не более чем за период с 22 ноября 2023 года по 15 января 2024 года и не могут превышать 1,13 млн рублей.
Что решил Верховный суд
Судья Верховного суда Марина Антонова передала спор в Экономколлегию.
Почему это важно
Как считает Юрий Самолетников, адвокат, старший юрист юридической фирмы VERBA LEGAL, в рассматриваемом деле особый интерес вызывает довод ФНС о том, что взыскание налога с нарушением банкротной очередности затрагивает права кредиторов, но не самого должника. На этом основании налоговый орган оспаривает применение механизма начисления процентов по ст. 79 НК РФ на возвращенные в конкурсную массу 49,6 млн рублей.
Такое разграничение представляется спорным. Денежные средства были взысканы непосредственно со счетов должника, что привело к уменьшению конкурсной массы, за счет которой осуществляется погашение требований кредиторов. При этом ст. 2 закона о банкротстве прямо связывает причинение вреда имущественным правам кредиторов в том числе с уменьшением стоимости или размера имущества должника. Аналогичная логика прослеживается и в специальных основаниях оспаривания сделок в банкротстве. Так, положения ст. 61.3 закона о банкротстве направлены на недопущение преимущественного удовлетворения требований отдельных кредиторов, а восстановление нарушенных прав осуществляется через возврат имущества в конкурсную массу. Соответственно, противопоставление ФНС имущественных интересов должника и его кредиторов представляется неубедительным.
В то же время, добавляет Юрий Самолетников, самостоятельным остается вопрос о возможности применения положений ст. 79 НК РФ к денежным средствам, взысканным с нарушением банкротной очередности, но в счет действительного налогового обязательства. Наиболее сбалансированным решением, по мнению эксперта, могло бы стать взыскание процентов только за период после признания платежей недействительными (с 22 ноября 2023 года) до фактического возврата денежных средств (15 января 2024 года). Такой подход позволил бы защитить интересы кредиторов, не возлагая на ФНС обязанность по уплате процентов за период, когда вопрос о правомерности удержания денежных средств еще не был разрешен судом.
Спор сводится к двум взаимосвязанным вопросам: какими нормами регулируются проценты на сумму налога, возвращенную в конкурсную массу после оспаривания сделки, и с какой даты они начисляются. На это обращает внимание Тимур Акименко, старший юрист практики «Антикризис и банкротство» юридической компании «Лемчик, Крупский и партнеры». С его точки зрения, позиция о том, что возвращенная сумма не является излишне взысканным налогом, а представляет собой сумму, которая была выплачена с нарушением кредиторской очередности, выглядит наиболее перспективной. В таком случае суд может отойти от использования ст. 79 НК РФ и применить нормы закона о банкротстве, касающиеся реституции при оспаривании сделок и ст. 395 ГК РФ.
Суды, исходя из ст. 79 НК РФ, начислили проценты за период с Постановления КС РФ № 28-П. КС не признал налог на прибыль от реализации конкурсной массы необоснованным, а лишь отнес его к третьей очереди реестра. При использовании реституции, вероятнее всего, отправной точкой для начисления процентов станет не постановление КС РФ, а дата вступления в силу судебного акта о недействительности сделки. Одним из ключевых для практики станет вопрос о моменте, когда уполномоченный орган узнал или должен был узнать о неправомерности получения платежа. От этого в том числе зависит период начисления процентов.
Тимур Акименко предполагает, что, несмотря на вынесение постановления КС РФ № 28-П, с учетом тенденций в судебной практике, налоговый орган будет считаться осведомленным о неправомерности платежей только при вынесении соответствующего судебного акта.
Алексею Некрасову, советнику юридической фирмы «Легикон-Право», позиция ВС кажется заслуживающей внимания. В данном кейсе на рассмотрение ВС постановлен вопрос о том, какие правоотношения первичны:
налоговые (как отношения между налогоплательщиком, находящимся в процедуре банкротства, с одной стороны, и налоговым органом — с другой) — относительно того, законно или незаконно налоговый орган взыскал денежные средства в качестве налога, который не оплатил налогоплательщик,
или отношения между кредиторами, один из которых (налоговый орган) получил преимущественное удовлетворение взыскав налог) перед другими кредиторами.
Считаю, что разрешение именно вопроса о том, есть здесь преимущественное удовлетворение требования налогового органа как кредитора, имеет главное значение, поскольку от ответа на этот вопрос зависит не только справедливое распределение денежных средств между кредиторами, но и защита имущественных интересов обычных кредиторов в процедуре банкротства, в которой участвует налоговый орган как кредитор. Актуальность защиты прав «обычных» кредиторов и установление равенства между ними и уполномоченным органом как кредитором сегодня связана с увеличением в 2026 году количества дел о банкротстве должников, возбужденных по инициативе налоговых органов, и с увеличением фискального давления на бизнес.
