В деле о банкротстве ООО «Управляющая компания "Альфа"» конкурсный управляющий и кредитор АО «Мосэнергосбыт» потребовали привлечь к субсидиарной ответственности контролирующих лиц, в том числе участников общества. Суды установили, что должник имел признаки объективного банкротства уже на 31 декабря 2017 г. Хасан Аюбов стал единственным участником должника 2 октября 2019 г. и, по мнению судов, должен был инициировать процедуру банкротства. Три инстанции привлекли Аюбова к субсидиарной ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве и взыскали с него 2,3 млн рублей — размер обязательств, возникших после 2 октября 2019 г. Аюбов пожаловался в Верховный Суд, настаивая на неправильном применении судами ст. 9 и 61.12 Закона о банкротстве. Он указал, что после приобретения им статуса участника у должника не возникло никаких новых обязательств. Судья Верховного Суда РФ И.А. Букина передала спор в Экономколлегию, которая отменила судебные акты в части привлечения Хасана Аюбова к субсидиарной ответственности и направила спор на новое рассмотрение (дело № А40-194917/2021).
Фабула
В рамках дела о банкротстве ООО «Управляющая компания "Альфа"» конкурсный управляющий и конкурсный кредитор — АО «Мосэнергосбыт» — обратились в Арбитражный суд города Москвы с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: Руслана Асуева, Хасана Аюбова, Екатерины Петриной и Владимира Казакова. Суд объединил заявления в одно производство для совместного рассмотрения.
Владимир Казаков являлся единственным участником ООО «УК "Альфа"» с 24 марта 2016 г. по 2 октября 2019 г. Со 2 октября 2019 г. единственным участником должника стал Хасан Аюбов.
Заявители сослались на неисполнение участниками обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом либо по созыву заседания для принятия такого решения. По их мнению, ООО «УК "Альфа"» имело признаки объективного банкротства уже по состоянию на 31 декабря 2017 г.
По мнению судов, Хасан Аюбов должен был инициировать процедуру банкротства. Три инстанции привлекли Аюбова к субсидиарной ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве и взыскали с него 2,3 млн рублей — размер обязательств, возникших после 2 октября 2019 г.
Хасан Аюбов обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд РФ, который решил рассмотреть этот спор.
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд города Москвы признал доказанным наличие оснований для привлечения Руслана Асуева и Екатерины Петриной к субсидиарной ответственности и приостановил производство в этой части до окончания расчетов с кредиторами. Хасана Аюбова и Владимира Казакова суд привлек к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве и взыскал с них в конкурсную массу 2,3 млн рублей и 24,5 млн рублей соответственно.
Суд первой инстанции исходил из того, что ООО «УК "Альфа"» имело признаки объективного банкротства уже на 31 декабря 2017 г. Получив 2 октября 2019 г. статус единственного участника, Хасан Аюбов был обязан инициировать процедуру банкротства, однако этого не сделал. Размер его субсидиарной ответственности суд определил исходя из обязательств, возникших после 2 октября 2019 г.
Девятый арбитражный апелляционный суд и Арбитражный суд Московского округа оставили определение первой инстанции без изменения, согласившись с выводами о наличии у участника обязанности инициировать банкротство и о правильности расчета размера ответственности.
Что думает заявитель
Хасан Аюбов сослался на разъяснения, изложенные в п. 13 и 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».
Суды неправильно определили размер субсидиарной ответственности. По мнению заявителя, в период после 2 октября 2019 г. — то есть после приобретения им статуса единственного участника ООО «УК "Альфа"» — у должника не возникло никаких новых обязательств.
Заявитель указал, что согласно ст. 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве ограничивается обязательствами, возникшими после истечения срока на подачу такого заявления. Если новых обязательств не возникло, основания для привлечения к ответственности по данной статье отсутствуют.
Что решил Верховный Суд
Судья Верховного Суда РФ И.А. Букина передала спор в Экономколлегию.
Верховный Суд указал, что в ст. 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя, мажоритарного участника должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов. Кредиторы по незнанию предоставили исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение.
Субсидиарная ответственность контролирующих лиц (КДЛ) ограничивается объемом обязательств перед обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения сроков, предусмотренных п. 2 и 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве. Совокупность условий ответственности за неподачу заявления о банкротстве разъяснена в п. 13 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 53.
Контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после истечения совокупности предельных сроков. Эти сроки отведены на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, а также разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления.
Названная совокупность сроков, подчеркнул ВС, начинает течь через 10 дней со дня, когда привлекаемое лицо узнало или должно было узнать о неисполнении руководителем обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве. Это прямо следует из абз. 1 п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве.
Нижестоящие суды отождествили предельную дату наступления на стороне Хасана Аюбова обязанности по принятию решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве с датой получения им статуса участника общества. Такой подход противоречит положениям п. 3.1 ст. 9, ст. 61.12 Закона о банкротстве.
Позиция нижестоящих судов также противоречит правовой позиции Верховного Суда, изложенной в п. 13 постановления № 53 и п. 26 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 г., утвержденного 26 апреля 2023 г. Суд округа допущенные нарушения не устранил.
Итог
Верховный Суд отменил судебные акты в части привлечения Хасана Аюбова к субсидиарной ответственности и направил спор на новое рассмотрение.
Почему это важно
Данный спор в очередной раз подтверждает мысль о сложности подсчета многочисленных сроков, установленных Законом о банкротстве, отметил Даниил Жердев, адвокат, руководитель практики «Банкротство» Адвокатского бюро «КИАП».
Верховный Суд, по его словам, обоснованно указал, что новый участник не мог в один день стать участником, узнать о бездействии директора, инициировать и провести собрание, на котором принять решение о подаче заявление о банкротстве.
При этом интересно, как при новом рассмотрении судами будет разрешен вопрос о моменте, когда участнику должно было стать известно о наличии признаков банкротства – с момента становления участником (например, если проводился due diligence перед покупкой долей) или позднее, когда появилась объективная возможность узнать о состоянии общества от директора.
Позиция Верховного Суда полностью соответствует положениям постановления Пленума № 53, указала Юлия Ющик, заместитель руководителя практики «Антикризис и банкротство» Юридической компании «Лемчик, Крупский и партнеры».
С точки зрения текущей судебной практики, пояснила она, вопрос определения размера субсидиарной ответственности по ст. 61.12. Закона о банкротстве является актуальным. Исторически суды нижестоящих инстанций не уделяли должного внимания расчету конкретного объема задолженности, несмотря на правила, сформированные как самим Законом о банкротстве, так и положениями пленумов. Нередкими являлись случаи, когда суды привлекали к ответственности на весь размер реестра.
Обсуждаемая позиция ВС РФ в очередной раз напоминает о необходимости отходить от формального подхода, когда привлекают всех на полную сумму реестра. Необходимо учитывать не только конкретные периоды, в которые ответчики являлись КДЛ, но и степень влияния на общество, форму вины и т.д. Определение Верховного Суда должно простимулировать нижестоящие суды выделять время на исследование не только вины КДЛ, но и объема ответственности.
СКЭС ВС РФ обращает внимание на порядок исчисления сроков для привлечения к субсидиарной ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве, констатировала Вероника Шахова, старший юрист Юридической фирмы Orlova\Ermolenko.
Подход Коллегии, ориентирующий нижестоящие суды на корректный расчет сроков для обращения нового единственного участника должника с заявлением о банкротстве, по ее словам, корректен, основан на действующем законодательстве и ранее данных разъяснениях высших судебных инстанций. Недопустимо вменять новому участнику должника обязанность подать заявление о банкротстве в момент перехода к нему доли.
С точки зрения базовой логики, необходим период, в течение которого возможно ознакомиться с экономическим состоянием компании (с учетом получения доступа ко всем документам) и принять дальнейшие решения. Именно для этого существует определение разумных сроков для подготовки и подачи соответствующего заявления. Правильный расчет сроков для возникновения у нового участника должника обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве важен для определения корректного размера субсидиарной ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве.
Возможно, именно в промежуток между датой перехода доли и истечением срока на подачу новым участником заявления о банкротстве у должника возникли новые обязательства перед кредиторами, которые было бы неправомерно вменять в вину новому участнику, предположила она.
