Суд указал, что если участники хозяйственного общества приняли формальное решение об увеличении уставного капитала за счет дополнительного вклада третьего лица, это третье лицо не внесло реального дополнительного вклада (либо внесло символический дополнительный вклад), а также если установлены обстоятельства, указывающие на взаимосвязанность упомянутых действий и последующих действий по отчуждению ликвидного имущества общества и перераспределению доли от такой продажи в пользу нового участника, — при этих условиях сделки подлежат признанию притворными, прикрывающими прямое безвозмездное отчуждение доли.