Арбитражный суд Москвы признал законными приказы о премировании 31 руководителя структурных подразделений ООО «Гугл» (российское юрлицо поисковика Google) незадолго до его банкротства, рассказало «РИА Новости» (дело № А40-126705/2022). Приказы, предусматривавшие премирование по итогам 2021 г., а также квартала, за переезд, по рекомендациям руководителя и коллег на общую сумму около 75 млн рублей были изданы в январе — марте 2022 г. При этом заявление о своем банкротстве ООО «Гугл» подало в июне 2022 г. Мотивировка определения АС Москвы еще не опубликована.
Конкурсный управляющий ООО «Гугл» Валерий Таляровский оспорил выплату этих премий, указав, что получившие премии руководители структурных подразделений, в том числе Юлия Соловьева и Юлия Рамазанова, которых управляющий считает фактическим гендиректором и главным бухгалтером «Гугла», не могли не знать о признаках несостоятельности компании в конце 2021 г.
Как подсчитал КУ, на 31 руководителя пришлось 42% премиального фонда за 2021 г., а остальные 58% — на 165 рядовых сотрудников.
Представители ответчиков заявили, что премии входили в систему оплаты труда, не носили единоразовый характер, что можно было бы расценить как вывод активов, и их размер соответствовал рынку. По словам одного из юристов, выручка компании в 2021 г. составила 134 млрд рублей, чистая прибыль – 2,7 млрд, а премиальные выплаты – 108 млн рублей.
Почему это важно
В ситуации с премиями в российском подразделении Google мы видим типичный спор о границах допустимых выплат в предбанкротный период, отметил Данил Бухарин, адвокат, советник Адвокатского бюро Forward Legal.
Управляющий настаивал, что руководители понимали о признаках неплатежеспособности и, тем не менее, утвердили крупные бонусы. С другой стороны, представители компании утверждали, что премии были частью обычной системы мотивации и соответствовали рынку. Суд, судя по информации из открытых источников, не поддержал доводы управляющего, констатировал он.
Вероятно, предположил Данил Бухарин, сыграло роль то, что выплаты носили регулярный характер и были связаны с итогами работы, а не выглядели разовой попыткой вывести активы.
В практике бывают противоположные ситуации: когда премии действительно выглядят искусственно завышенными, направленными на вывод активов должника. Суды в таких случаях признают их недействительными и возвращают в конкурсную массу. Здесь же, похоже, доказать умысел на вывод средств оказалось непросто.
По мнению Юрия Самолетникова, адвоката Юридической фирмы VERBA LEGAL, суд правомерно отказал в признании недействительными выплат премий в январе – марте 2022 г., поскольку на момент их осуществления отсутствовали признаки приостановки деятельности компании в России.
Учитывая масштаб и капитализацию корпорации Google, последующее прекращение деятельности и инициирование процедуры банкротства российской дочерней структуры были обусловлены уже корпоративной позицией материнской компании по событиям конца февраля 2022 г. Таким образом, решение о сворачивании деятельности последовало после спорных выплат российскому менеджменту.
В ситуации банкротства с многомиллионной кредиторской задолженностью все сделки, а точнее – платежи организации могут и должны проходить через частое сито, проверяться на предмет нарушения интересов кредиторов, указала Виктория Смирнова, старший юрист судебной практики Юридической фирмы CLS.
При таких условиях, продолжила она, неудивительно, что внимание управляющего привлекли выплаты сотрудникам на сумму около 100 млн руб. Впрочем, конечно, это не самая большая и подозрительная сделка в рамках данного дела. Чуть ранее спор о взыскании с Google International LLC 9,5 млрд руб. дивидендов дошел до ВС РФ (жалоба не была принята к рассмотрению), напомнила она.
Оценивая премии как сделки, нарушающие права кредиторов, по ее словам, нужно принимать во внимание не только положения Закона о банкротстве, но и трудовое законодательство.
Закон и практика предлагают работодателям на выбор два типа премий для выплаты:
гарантированные,
стимулирующие.
Первые не зависят от результатов деятельности общества и достаточности фонда оплаты труда, премии входят в систему оплаты труда. Второй тип премий не входит в систему оплаты труда и не является гарантированным в том смысле, что их выплату можно обусловить наличием у работодателя свободных средств. Именно разовые, значительные по сумме премии обычно вызывают наибольшее количество вопросов, пояснила она.
Тем не менее, в рассматриваемом случае имела место как раз гарантированная выплата, т.е. такая, которая (а) входила в систему оплаты труда и которую (б) работники правомерно ожидали.
Вопрос правомерности ожиданий, кстати, тут играет особую роль, так как оспаривание сделок часто требует представления доказательств осведомленности ответчиков, т.е. работников-получателей премии о том, что выплата осуществляется в условиях неплатежеспособности работодателя. То, что работники, не относящиеся к руководству, соответствующими сведениями не располагают, подтверждает практика ВС РФ, например, определение от 18 февраля 2019 г. № 308-ЭС18-3841(62) по делу № А61-1055/2016 и многие другие.
При таких условиях рассматриваемый кейс, исходя из имеющихся сведений, вполне лежит в русле сложившейся судебной практики, заключила она.
