Валерия Тихонова из Юридической фирмы VEGAS LEX – про спор о взыскании убытков с арбитражного управляющего за превышение лимитов
Арбитражный суд города Москвы признал АО «ОРМОС-ПОЛИМЕР» банкротом и утвердил конкурсным управляющим Евгения Лаврентьева. Кредитор Людмила Бахар обратилась с жалобой на действия управляющего, который заключил трудовые договоры с юрисконсультом, бухгалтером и комендантом для сопровождения процедуры банкротства. Бахар потребовала признать эти действия незаконными и взыскать с управляющего убытки в размере 952,3 тыс. рублей. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении требований, посчитав привлечение специалистов обоснованным и направленным на достижение целей банкротства. Кассационный суд отменил судебные акты и направил спор на новое рассмотрение. Окружной суд указал, что заключение трудовых договоров в конкурсном производстве допускается лишь в исключительных случаях для продолжения основной деятельности должника. Нижестоящие суды не исследовали, почему управляющий не заключил гражданско-правовые договоры, не проанализировали фактический объем оказанных услуг и не опровергли довод кредитора об обходе лимитов расходов на привлеченных лиц (дело № А40-2495/2023). Подробнее об этом – на портале.
Комментируемый кейс отражает суровую и невеселую действительность: любое действие арбитражного управляющего может быть квалифицировано в качестве ненадлежащего, недобросовестного, неправомерного (и список таких «не» можно продолжить до бесконечности). Практика сохранения в штатном расписании должностей юристов, бухгалтеров и прочих «типовых» специалистов весьма распространена. Можно рассуждать о том, что если сохраняем штатные единицы – то заполнять их должны прежние работники должника. Но такой вариант поведения не всегда оправдан – работники могут не согласиться на продолжение работы в штате банкрота (а значит, скорее всего, с нерегулярной выплатой зарплаты), и доверие не всегда удается сохранить к конкретным людям. Тогда арбитражный управляющий нанимает на такие должности (зачастую весьма важные!) проверенных специалистов. Привязывать оправданность решения о принятии людей в штат к факту продолжения хозяйственной деятельности банкрота далеко не всегда оправданно. Деятельность-то, может, и прекратили, но продолжаются суды, основанные на такой деятельности, осталось большое количество активов, правильный учет и отражение в отчетности которых важны в процедуре… В общем весьма спорный судебный акт, в очередной раз усложняющий и без того непростую работу управляющих.
Виталий Веселов из Управления судебной защиты «Промсвязьбанк» – про кейс о субординации требований кредиторов в связи с приобретением требований к должнику
В рамках банкротства ООО «ТСУ Энгельсстрой» конкурсный кредитор Сергей Борисов обратился с заявлением о понижении очередности требований кредиторов Сергея Злыгарева, Алексея Путилова и Егора Демченко, ссылаясь на их аффилированность с контролирующим должника лицом — Анной Сеноженской. По мнению Борисова, указанные лица после возбуждения дела о банкротстве выкупали требования независимых кредиторов с целью установления контроля над процедурой банкротства. Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении заявления, указав, что приобретение требований после введения процедуры банкротства не является компенсационным финансированием, а аффилированность не доказана. Арбитражный суд Поволжского округа отменил судебные акты и направил спор на новое рассмотрение, указав, что суды не применили разъяснения постановления Пленума ВС РФ от 23 декабря 2025 г. № 41, согласно которым очередность требований может быть понижена при доказанности цели установления контроля над процедурой банкротства посредством обхода ст. 113 и 125 Закона о банкротстве (дело № А57-19078/2020). Подробнее об этом – на портале.
На мой взгляд, позиция суда кассационной инстанции в этом деле в целом заслуживает поддержки, поскольку уводит практику от излишне формального подхода к оценке цессий в банкротстве. Сам по себе факт приобретения требований после возбуждения дела о банкротстве не может служить индульгенцией от проверки реальной цели таких действий. Кассация справедливо обратила внимание на необходимость исследования источников финансирования и экономической целесообразности выкупа требований к очевидно неплатежеспособному должнику. Именно эти обстоятельства позволяют отличить добросовестную инвестиционную стратегию от попытки скрытого установления контроля над процедурой. Вместе с тем вызывает обеспокоенность высокая степень оценочности критериев, предложенных для такой квалификации. Отсутствие четких ориентиров в понимании «разумного экономического мотива» создает риск расширительного толкования и правовой неопределенности для рынка проблемной задолженности. При новом рассмотрении судам важно сохранить баланс между защитой процедуры банкротства и недопущением подрыва оборота требований. В противном случае институт понижения очередности может превратиться из исключительного средства против злоупотреблений в универсальный инструмент давления на новых кредиторов.
Денис Логинов из Компании «ЭнергосбыТ Плюс» – про спор о признании недействительной сделки банкрота по неравноценности встречного исполнения
В деле о банкротстве ООО «СМК-Строй» ИФНС России № 30 по г. Москве оспорила договор купли-продажи автобетоносмесителя «Пиччини Скаут 3500», заключенный с Владимиром Колыбиным по цене 800 тыс. рублей. Суды признали сделку недействительной как безвозмездную, определив рыночную стоимость техники в 4,3 млн рублей по интернет-объявлениям. Кассация отменила судебные акты и направила спор на новое рассмотрение, указав, что уполномоченный орган не ссылался на аффилированность сторон и не оспаривал финансовую возможность покупателя, поэтому сам должен был доказать безвозмездность или неравноценность. Апелляция необоснованно отказала в приобщении банковской выписки, а затем сослалась на отсутствие доказательств. Интернет-объявления не учитывают дату сделки, техническое состояние и эксплуатацию в северной климатической зоне, поэтому не являются надлежащим доказательством (дело № А40-14737/2023). Подробнее об этом – на портале.
Оспаривание сделок в банкротствах порой напоминает продразверстку, когда у целевой аудитории выгребается все, до чего можно дотянуться, а в обоснование приводятся соображения пролетарской справедливости и революционной целесообразности. На то, что отнимать имущество, приобретенное по договору, нужно не просто потому, что «а почему бы и нет», а при наличии веских оснований и доказательств, обратил внимание недавно и ВС РФ в нашумевшем деле с известной певицей. Будучи в тренде, определенном ВС РФ, в этом деле Арбитражный суд Московского округа тоже решил по-настоящему разобраться, насколько обоснованным является изъятие имущества у покупателя, который не был ни аффилированным, ни подозрительным. То, что в обоснование своего понимания рыночной цены ФНС России привела ссылку на доску объявлений, само по себе нахожу крайне правильным и разумным решением, ведь именно доски объявлений показывают рынок, и его может проанализировать любой, кто умеет заходить в интернет. Другое дело, что рыночная цена фигурирующей в деле бетономешалки была определена в размере 4,3 млн руб., а на досках объявлений такая же «Piccini Scout 3500» продается сейчас в диапазоне от 4,5 до 1 млн руб. Почему рыночная цена была определена по самому дорогому объявлению – непонятно, разбираться в этом будут на новом рассмотрении. Возможно, мы наблюдаем поворот от продразверстки к НЭПу.
Анна Белоцерковская из Ассоциации профессиональных арбитражных управляющих «ГАРАНТ» – про кейс о правомерности деятельности управляющего, находящегося под домашним арестом
В мае 2024 г. АО «Банк Дом.РФ» инициировало дело о банкротстве ООО «ЖНК-Девелопмент» в связи с долгом 756,9 млн рублей по кредитным договорам. В октябре 2024 г. было открыто конкурсное производство по правилам банкротства застройщиков. Конкурсным управляющим назначен Константин Коробов, в отношении которого 4 октября было возбуждено уголовное дело о коммерческом подкупе по другому делу о банкротстве и избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Банк потребовал проведения собрания кредиторов для смены управляющего, но суд ввел запрет на собрания до 3 апреля 2025 г. В декабре 2024 г. «Дом.РФ» обратился в суд с заявлением об отстранении Коробова, ссылаясь на возбужденное дело, сомнения в его независимости и невозможность полноценного исполнения обязанностей из-за домашнего ареста. Однако суды трех инстанций отказали банку. Банк обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд, настаивая на отстранении управляющего на основании фактической невозможности выполнять обязанности. Судья Верховного Суда РФ С.В. Самуйлов передал спор в Экономколлегию, которая отменила судебные акты трех инстанций и освободила Константина Коробова от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «ЖНК-Девелопмент» с назначением нового управляющего в порядке п. 6 ст. 45 Закона о банкротстве (дело № А56-43244/2024). Подробнее об этом – на портале.
Закон о банкротстве содержит исчерпывающий перечень оснований как для отстранения, так и для освобождения арбитражного управляющего. Суды первых трех инстанций исходили из этого и не расширяли толкование данных норм. Верховный Суд указал на объективную невозможность исполнения в полном объеме обязанностей конкурсного управляющего ввиду избранной меры пресечения. С одной стороны, это выглядит абсолютно логичным, но, с другой, – если проанализировать конкретно данную процедуру конкурсного производства, то за период с октября 2024 г. и до момента освобождения Константина Коробова, согласно данным ЕФРСБ, им проводились все мероприятия, предусмотренные Законом (собрания кредиторов, инвентаризация, подача заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, торги). В указанный выше период в качестве арбитражного управляющего он вел не одну процедуру банкротства и ни разу не был привлечен к административной ответственности. И, на мой взгляд, говоря об объективной невозможности исполнения своих обязанностей, необходимо было исследовать фактически проводимую им работу.
Мария Михеева из Юридической компании Intana Legal – об ограничении срока давности приватизации по предложению Минэкономразвития
Российскому бизнес-сообществу удалось вновь актуализировать проблему неограниченной исковой давности по приватизационным сделкам. Во властных структурах возобновлено продвижение законопроекта, который предусматривает строгое ограничение срока исковой давности десятью годами. Законопроект разработан Министерством экономического развития, изменения предполагается внести в Гражданский кодекс РФ. С документом ознакомлен Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП). Законопроект, поддержанный Министерством финансов и Министерством юстиции, может быть рассмотрен 27 февраля президентским советом по гражданскому законодательству. Подробнее об этом – на портале.
В 2025 г. в судебной практике, в том числе, по делам о банкротстве политико-правовые аргументы стали превалировать над правом, подчеркнула Мария Михеева. Во многом появление целого ряда спорных позиций обусловлено непростой экономической ситуацией и необходимостью пополнения бюджета.
Произвольное толкование норм ГК РФ в части исчисления сроков исковой давности и де-факто наделение государственных [уполномоченных] органов правом на оспаривание сделок по приватизации и/или предоставлению земельных участков без ограничения сроков давности очевидно дестабилизирует оборот. В связи с этим, по ее словам, можно приветствовать попытки Минэкономразвития «внести ясность».
Однако, с моей точки зрения, российский правопорядок нуждается не в сиюминутных изменениях, обусловленных «текущей целесообразностью», а в первую очередь в стабильной и понятной правоприменительной практике, устойчивых, прозрачных и понятных правилах взаимодействия всех субъектов правоотношений, эффективных государственных регуляторах, которые своевременно следят за законностью и защитой публичного порядка, а не спустя десятилетия своими действиями порождают правовую неопределенность. В равной степени это отвечает интересам и тех, кого еще не затронула «деприватизация», но (даже в большей мере) гарантии необходимы и тем, кто стал или может стать выгодоприобретателем высвобождаемых активов. Можно создать самую идеальную регуляторную модель, но ее применение без независимого суда, устойчивых, прозрачных и понятных правил взаимодействия всех субъектов правоотношений и при возврате к концепции «право сильного» превратит ее в фикцию.
