Определение ВС выбивается из последней практики, направленной на уменьшение вознаграждения управляющих, и является позитивным сигналом для конкурсных управляющих застройщиков.

В рамках банкротства ООО «ФБ Сестрорецк» конкурсный управляющий с помощью привлечения ООО «Антан-Сервис» завершил строительство многоквартирного дома и передал в собственность участников строительства 141 жилое и 9 нежилых помещений на сумму 697,9 млн рублей . В результате были удовлетворены 78,53% от реестра требований кредиторов. С учетом размера удовлетворенных требований кредиторов КУ попросил суд установить проценты по вознаграждению в размере 48,8 млн рублей. Суд первой инстанции, с которым согласилась апелляция, признал требование КУ обоснованным. Однако окружной суд отменил акты нижестоящих судов и отклонил требование управляющего. КУ пожаловался в Верховный суд, который отменил постановление суда округа и оставил в силе акты судов первой и апелляционной инстанций об установлении АУ процентов по вознаграждению (дело А56-73667/2018).

Фабула

ООО «ФБ Сестрорецк» занималось строительством. В апреле 2019 года суд признал должника банкротом, открыв процедуру конкурсного производства с применением положений параграфа 7 главы IX закона о банкротстве о несостоятельности застройщика.

Конкурсный управляющий Константин Коробов, ссылаясь на то, что в рамках дела о банкротстве погашены требования участников строительства путем передачи в собственность 141 жилого и 9 нежилых помещений (кладовых) на сумму 697,9 млн рублей (78,53 % от реестра требований кредиторов), попросил суд установить проценты по вознаграждению арбитражного управляющего по пункту 13 статьи 26 закона о банкротстве, исходя из стоимости жилых помещений, переданных в собственность (то есть в сумме 48,8 млн рублей).

В обосновании заявления КУ указал, что погашение требований произошло в результате его активной деятельности:

он провел переговоры с фондом защиты прав граждан – участников долевого строительства,

осуществил работу по поиску источников получения кредитных средств на достройку и по поиску застройщиков, готовых завершить строительство дома;

в конечном итоге был заключен договор с ООО «Антан-Сервис», которое при участии КУ завершило строительство многоквартирного дома (31 декабря 2020 года дом был введен в эксплуатацию).

Суд первой инстанции, с которым согласилась апелляция, удовлетворил заявление КУ. Однако окружной суд отменил акты нижестоящих судов, отказав в установлении процентов по вознаграждению. Константин Коробов пожаловался в Верховный суд, который решил рассмотреть этот спор.

Что решили нижестоящие суды

Суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статьи 20.3, пункта 13 статьи 20.6, статей 201.1, 201.11 закона о банкротстве и исходили из наличия у АУ права на установление процентов по вознаграждению.

Суды указали, что управляющим избран наиболее оптимальный порядок удовлетворения требований физических лиц – через привлечение компании, завершившей строительство, и последующую передачу квартир гражданам. Соответствующие результаты не могли быть достигнуты без активной деятельности КУ в интересах участников строительства.

Суд апелляционной инстанции также обратил внимание, что в силу пункта 4 статьи 201.1 закона о банкротстве реестр требований участников строительства является частью реестра требований кредиторов. Параграф 7 о банкротстве застройщиков не содержит специальных правил установления вознаграждения конкурсного управляющего в процедуре банкротства застройщиков, в связи с чем применению подлежат общие правила, установленные статьей 20.6 закона о банкротстве.

Суд округа, отменяя акты нижестоящих судов, исходил из того, что специфика требований участников строительства о передаче жилых помещений не предполагает установления процентов по вознаграждению КУ в случае их погашения в порядке, предусмотренном статьями 201.10 и 201.11 закона о банкротстве, то есть не в денежной форме.

По мнению суда округа, начисление и выплата процентов по вознаграждению конкурсного управляющего в случае удовлетворения требований участников строительства, включенных в реестр требований о передаче жилых помещений, путем передачи им жилых помещений либо объекта незавершенного строительства законодательством о банкротстве не предусмотрены. Выбор способа удовлетворения требований участников строительства не имеет правового значения для применения упомянутых норм, регулирующих отношения по установлению вознаграждения конкурсному управляющему. 

Что думает заявитель

Суд округа ошибочно не применил положения пункта 13 статьи 20.6 закона о банкротстве к отношениям, урегулированным параграфом 7 о банкротстве застройщиков.

Суд округа не учел, что действующая с 01.01.2018 года новая редакция закона о банкротстве предусматривает, что реестр требований участников строительства является частью реестра требований кредиторов (абзац 2 пункта 3 статьи 201.4 закона о банкротстве). Таким образом, размер удовлетворенных требований участников строительства должен учитываться в общем размере удовлетворенных требований кредиторов.

Параграф 7 главы IX закона о банкротстве не содержит специальных правил установления вознаграждения конкурсного управляющего в процедуре банкротства застройщиков, в связи с чем подлежат применению общие правила, установленные статьей 20.6 закона о банкротстве.

Закон о банкротстве не ограничивает право КУ застройщика на проценты в случае удовлетворения той части реестра требований кредиторов, которая относится к требованиям участников строительства. В отсутствие специальных норм у суда округа не было оснований для вывода о невозможности применения общего правила пункта 13 статьи 20.6 закона о банкротстве или для ограничительного толкования закона.

Суды первой и апелляционной инстанции признали за КУ право на получение процентов исходя из эффективности его действий по формированию конкурсной массы и удовлетворению требований кредиторов. Суд округа эти выводы судов не опроверг.

Передача кредиторам имущества – помещений жилого дома, достроенного в ходе конкурсного производства – является не только самым эффективным способом удовлетворения требований участников строительства, но и прямо предусмотрена статьей 201.11 закона о банкротстве. Обратный подход мог бы спровоцировать злоупотребления со стороны конкурсных управляющих, стимулируя их к совершению действий на условиях, экономически нецелесообразных для должника – например, к реализации объектов незавершенного строительства в ситуации, когда это экономически нецелесообразно. Таким образом, передача помещений достроенного дома участникам строительства должна рассматриваться как реализация имущества должника, приводящая одновременно к удовлетворению требований кредиторов.

Выгодоприобретателем от решения суда округа оказался единственный участник должника, который претендует на увеличение ликвидационной квоты, остающейся после удовлетворения требований всех кредиторов, несмотря на то, что единственный участник должника не предотвратил банкротство должника и не предпринимал меры по выводу должника из кризиса.

Что решил Верховный суд

Судья ВС Букина И.А. сочла доводы жалобы заслуживающими внимания и передала спор в Экономколлегию.

Согласно пункту 13 статьи 20.6 закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению конкурсного управляющего поставлена в зависимость от размера удовлетворенных требований кредиторов.

По смыслу положений § 7 главы IX закона о банкротстве в отличие от ординарных дел о несостоятельности при банкротстве застройщика удовлетворение требований кредиторов осуществляется не только посредством денежных выплат. Так, в рассматриваемом случае произошло погашение требований участников строительства, предусмотренное статьей 201.11 закона – посредством передачи им жилых помещений.

Основной целью принятия специальных правил о банкротстве застройщиков является обеспечение приоритетной защиты граждан – участников строительства как непрофессиональных инвесторов (постановление Президиума ВАС РФ от 12.03.2013 № 15510/12). Этим и обусловлена направленность регулирования на удовлетворение требований участников строительства в натуральной форме – через предоставление возможности получить квартиру по итогам банкротных процедур.

В то же время такая особая (неденежная) форма исполнения обязательства в деле о банкротстве не умаляет сам факт состоявшегося удовлетворения требования кредитора.

Таким образом, неденежное погашение требований участников строительства должно учитываться при расчете процентов по вознаграждению КУ.

Как правильно отметил суд апелляционной инстанции, такой вывод подтверждается еще и тем, что в силу пункта 4 статьи 201.1 Закона о банкротстве реестр требований участников строительства является частью реестра требований кредиторов. При этом § 7 главы IX закона о банкротстве не содержит специальных правил установления вознаграждения конкурсного управляющего в процедуре банкротства застройщиков, в связи с чем применению подлежат общие правила, установленные статьей 20.6 закона о банкротстве.

Вывод о невозможности начисления процентов по вознаграждению в результате передачи жилых помещений мог бы спровоцировать злоупотребления со стороны конкурсных управляющих, стимулируя их к совершению действий на условиях, экономически нецелесообразных для должника – например, к реализации объектов незавершенного строительства в ситуации, когда это экономически нецелесообразно, что не соответствует целям и задачам принятия специальных социально-ориентированных правил о банкротстве застройщиков.

Следует также согласиться с выводом суда первой инстанции, что в настоящем случае арбитражным управляющим избран наиболее оптимальный и эффективный порядок удовлетворения требований физических лиц – через привлечение компании, завершившей строительство, и последующую передачу квартир гражданам.

Как установил суд, состоявшееся погашение требований участников строительства обусловлено действиями арбитражного управляющего. При этом необходимо заметить, что исчисленная по формуле, закрепленной в пункте 13 статьи 20.6 закона о банкротстве, сумма процентов по вознаграждению с учетом обстоятельств настоящего дела не является чрезмерной.

С учетом изложенного выводы суда округа, лишившего АУ положенного ему по закону вознаграждения, являются ошибочными. И напротив, выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют положениям действующего законодательства. 

Итог

ВС отменил постановление суда округа и оставил в силе акты судов первой и апелляционной инстанций об установлении АУ процентов по вознаграждению. Мотивировка будет опубликована позже.

Почему это важно

Партнер компании ProLegals Елена Кравцова оценивает позицию ВС положительно.

Вознаграждение по итогам процедуры, в связи с погашением требований кредиторов, на сегодняшний день является мотивацией для арбитражного управляющего. Если предположить его отсутствие, то арбитражному управляющему более целесообразно было бы реализовать все активы в банкротстве, чем осуществлять сложный процесс привлечения инвесторов и строительства. Это неизбежно повлияло бы на возможность удовлетворения требований кредиторов (участников строительства). ВС РФ в судебном акте отразил также позицию, что данное вознаграждение выплачивается только в связи с использованием такого сложного способа удовлетворения, как завершение непосредственно должником строительства объектов. Это не позволяет распространить выводы из судебного акта на такие случаи погашения требований кредиторов, как передача объектов незавершенного строительства новому застройщику (или Фонду защиты прав дольщиков), а также жилищно-строительному кооперативу, которые по сути являются частными случаями погашения требований кредиторов, но не сопряжены с особым участием и работой арбитражного управляющего.

Елена Кравцова
адвокат, партнер Коллегия адвокатов ProLegals
«

По мнению управляющего партнера «Аверта Групп» Алексея Шарова, ошибка суда кассационной инстанции заключалась в том, что он ограничил содержание категории «удовлетворение требований кредиторов» выплатой в их пользу денежных средств. 

При таком подходе результаты деятельности конкурсного управляющего по удовлетворению требований кредиторов застройщика в натуральной форме (путем предоставления квартир) логичным образом не могли быть расценены в качестве базы для определения процентного вознаграждения управляющего. Между тем, как верно отметил Верховный суд, приоритетной формой удовлетворения требований граждан к несостоятельному застройщику является как раз-таки предоставление им из конкурсной массы недвижимого имущества. Указанный вывод согласуется с повышенной социальной значимостью института банкротства застройщиков, и поэтому одной из задач государства является стимулирование арбитражных управляющих действовать добросовестно в интересах таких кредиторов. Позиция Арбитражного суда округа по комментируемому делу была явно направлена против достижения указанной цели.

Алексей Шаров
управляющий партнер Консалтинговая компания «АВЕРТА ГРУПП»
«

Фактически, по словам Алексея Шарова, коллегия подробно описала, каким ей видится стандарт поведения конкурсного управляющего застройщика, претендующего на получение процентного вознаграждения: привлечение финансирования для достройки объекта, заключение договора с новым застройщиком, доведение процесса строительства до завершения.

«Стоит предположить, что управляющие, работающие в сфере банкротства застройщиков, прислушаются к Верховному суду, вследствие чего процент реализации объектов незавершенного строительства в делах о банкротстве будет снижаться, а доля случаев, когда дома будут достроены, наоборот, расти», – отметил юрист.

По мнению старшего юриста юридической фирмы «Арбитраж.ру» Антона Кравченко, в свете последних определений ВС по делам «Волжского терминала» и «Аткарского МЭЗ» (см. подробнее статью ВС отменил вознаграждение АУ в 518,4 млн и обязал оценить объем работы управляющего) позиция в обсуждаемом деле выглядит «лучом света» для профессионального сообщества арбитражных управляющих.

Особое внимание обращает на себя тезис о том, что снижение размера вознаграждения в процедурах, где активные действия управляющего привели к положительному результату, будет дестимулировать управляющих, и приведет к тому, что ради получения справедливой оплаты за свой труд управляющие будут использовать далеко не самые эффективные методы ведения процедур. Стоит учесть, что занижение судами вознаграждения управляющих по формальным признакам в принципе может побудить уйти управляющих в «серую зону», спровоцировав большой рост злоупотреблений с их стороны.

Антон Кравченко
юрист BFL | Арбитраж.ру
«

Адвокат, старший юрист практики разрешения споров и банкротства BGP Litigation Антон Батурин отметил, что это определение несколько выбивается из последней практики Верховного суда, направленной на уменьшение вознаграждения управляющих, и является позитивным сигналом для конкурсных управляющих застройщиков.

Специфика дел о банкротстве застройщиков заключается в том, что имеющиеся в конкурсной массе денежные средства, как правило, уходят на погашение текущих требований, связанных с завершением строительства. Большую часть реестра требований кредиторов составляют требования о передаче квартир, а до реестровых незалоговых кредиторов доходит крайне незначительная часть денег.Поэтому если бы Верховный суд в этом деле поддержал позицию кассации, то это по сути означало бы, что в банкротстве застройщиков управляющему в принципе не стоит рассчитывать на проценты. Но переоценивать значение этой позиции не стоит. Дело в том, что должник здесь являлся небольшим, и размер процентов, которые требовал управляющий, составил менее 50 млн рублей. Вряд ли суды будут проявлять такую же щедрость в банкротстве крупных застройщиков (СУ-155, Urban Group), где размер рассчитанных таким образом процентов составит миллиарды рублей.

Антон Батурин
адвокат, старший юрист Юридическая фирма BGP Litigation
«

Юрист, медиатор, управляющий партнер юридической компании SHAPOVALOVA GROUP Екатерина Шаповалова отметила, что сложность данного случая заключается в специфики должника, поскольку требования к застройщику зачастую выражены не в денежном эквиваленте, а в требовании передать купленную квартиру.

По общему правилу, в рамках дела о банкротстве каждое неденежное требование подлежит «трансформации» в эквивалент в денежном выражении. Однако, поскольку в данном случае арбитражный управляющий избрал тактику погашения большего объема требований кредиторов именно в натуральной форме – то есть в виде поиска денежных средств на достройку здания и передачу истребуемых квартир их собственникам, окружной суд кассационной инстанции, посчитал, что в данном случае специфика требований участников строительства о передаче жилых помещений не предполагает установления процентов по вознаграждению конкурсного управляющего в случае их погашения в порядке, предусмотренном статьями 201.10 и 201.11 закона о банкротстве, то есть не в денежной форме. По мнению суда округа, начисление и выплата процентов по вознаграждению конкурсного управляющего в случае удовлетворения требований участников строительства, включенных в реестр требований о передаче жилых помещений, путем передачи им жилых помещений либо объекта незавершенного строительства законодательством о банкротстве не предусмотрены.

Екатерина Шаповалова
юрист, медиатор, управляющий партнер Юридическая компания SHAPOVALOVA GROUP
«

Отменяя судебный акт кассационной инстанции, Верховный суд РФ указал, что особая (неденежная) форма исполнения обязательства в деле о банкротстве не умаляет сам факт состоявшегося удовлетворения требования кредитора.

«Следовательно, даже в случае удовлетворения требования кредиторов в неденежной форме, арбитражный управляющий вправе на соответствующую компенсацию, поскольку именно в результате его действий были погашены требования кредиторов наиболее экономически целесообразным способом. Как видно из истории движения этого спора, суд кассационной инстанции пришел к неверному выводу, который был исправлен высшей судебной инстанцией. Таким образом, можно говорить об усилении позиции судов первой и апелляционной инстанций по аналогичным спорам.

Подобная позиция ВС РФ положительно скажется на судебной практике по установлении выплаты вознаграждения арбитражным управляющим в схожих обстоятельствах, то есть когда требования кредиторов удовлетворены в натуре», – отметила Екатерина Шаповалова.

Старший юрист по проектам в области банкротства юридической фирмы VEGAS LEX Валерия Тихонова отметила, что комментируемое определение ВС вызывает сдержанный оптимизм на фоне определений СКЭС от 05 мая 2023 года, принятыми по той же теме процентного вознаграждения арбитражных управляющих (см. подробнее статью ВС отменил вознаграждение АУ в 518,4 млн и обязал оценить объем работы управляющего).

Радует, что ВС РФ, во-первых, четко указал, что удовлетворение требований кредиторов путем передачи им достроенных помещений также должно влечь расчет и выплату процентного вознаграждения арбитражного управляющего. Во-вторых, обозначена недопустимость полного лишения арбитражного управляющего положенного ему по закону вознаграждения. Но при этом расстраивает отсутствие четких критериев, позволяющих определить масштаб вклада именно арбитражного управляющего в погашение требований кредиторов – а главное, как определить сопоставимость размера рассчитанного вознаграждения и условный «коэффициент полезного действия» деятельности управляющего.

Валерия Тихонова
руководитель проектов Банкротного направления Юридическая компания VEGAS LEX
«

К сожалению, по словам Валерии Тихоновой, Экономколлегия ВС не привела более подробного описания мероприятий, реализованных управляющим и приведших к погашению требований кредиторов.

«Так ли был велик вклад управляющего в реальное привлечение инвестора? Ни в коем случае не пытаюсь принизить деятельность конкурсного управляющего в данном деле – его результативность говорит сама за себя, процент удовлетворенных требований впечатляюще выше среднестатистических. Однако в целях адекватного развития практики о процентном вознаграждении хотелось бы увидеть последовательность в позиции самой коллегии: если в определениях от 5 мая 2023 года было предписано изучить, чем же набор действий управляющего отличался от минимально установленного стандарта, то и в комментируемом определении должны быть подчеркнуты выдающиеся действия управляющего. К сожалению, в данном деле коллегия ограничилась простой констатацией «заслуженности» рассчитанных процентов. На практике отсутствие сформулированных критериев оценки «стандартности» деятельности управляющих приведет к тому, что за одинаковый набор действий кто-то получит свои проценты в полном объеме, кто-то – в существенно сниженном размере, а кому-то и вообще откажут, если кредиторы убедят суд, что их требования погашены «чудом» и вклада управляющего в это «чудо» нет», – отметила Валерия Тихонова.