По мнению залогодержателя, совокупность установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств позволяет сделать вывод о подозрительном характере сделки и наличии оснований для удовлетворения заявления КУ.

Компания «Кубаньреставрация» в 2015 году продала Татьяне Куркчи за 80 млн рублей аквапарк. Через несколько месяцев покупатель перепродала недвижимость компании «Кубаньресурс», но уже за 140 млн рублей. При этом «Кубаньреставрация», с учетом заключенного с ней договора цессии прав требований к «Кубаньресурсу», получила от Куркчи за аквапарк лишь 1,4 млн рублей. В рамках банкротства «Кубаньреставрации» конкурсный управляющий потребовал признать сделки по продаже аквапарка и соглашение о зачете с Татьяной Куркчи недействительными, с чем согласились суды первой и апелляционной инстанций. Однако окружной суд, в частности, усомнившись в результатах рыночной оценки недвижимости, определенной на основании судебной экспертизы, направил спор на новое рассмотрение. После чего банк «РНКБ» (залогодержатель) пожаловался в Верховный суд, который решил рассмотреть этот спор 23 октября (дело А32-29863/2016).

Фабула

В июне 2015 года ООО «Кубаньреставрация» продало за 80 млн рублей Татьяне Куркчи недвижимое имущество (аквапарк). На момент заключения договора имущество было в залоге у «Крайинвестбанка» (ныне – «РНКБ»). Согласие залогодержателя на совершение сделки было получено.

Регистрация перехода права собственности Куркчи на объекты недвижимости была осуществлена до проведения расчетов между сторонами.

А уже в декабре 2015 года Куркчи продала аквапарк ООО «Кубаньресурс» за 140 млн рублей. Стороны согласовали оплату имущества покупателем в рассрочку. При этом «Кубаньресурс» в счет оплаты стоимости имущества перечислил Татьяне Куркчи 37 млн рублей.

В апреле 2016 года Куркчи уступила «Кубаньреставрации» (цессионарию) дебиторскую задолженность «Кубаньресурса». Стоимость уступаемого права требования составила 78,4 млн рублей.

Еще через 3 дня «Кубаньреставрация» и Татьяна Куркчи заключили соглашение о зачете, по условиям которого были погашены требования «Кубаньреставрации» к Куркчи из заключенного в июне 2015 года договора по продаже аквапарка и встречное требование Куркчи к «Кубаньреставрации» из договора цессии. Оставшийся долг по купле-продаже (1,6 млн рублей) Куркчи погасила посредством перечисления «Кубаньреставрации» денежных средств.

Кроме того, в 2020 году суд расторг договор купли-продажи аквапарка, который Татьяна Куркчи заключила с «Кубаньресурсом». С Куркчи в пользу покупателя были взысканы 37 млн рублей.

Наконец, в 2021 году суд признал недействительным договор цессии, заключенный между Куркчи и «Кубаньреставрацией».

При этом в 2018 году конкурсный управляющий «Кубаньреставрации», которая была признана банкротом, потребовал признать недействительной сделку по продаже «Кубаньреставрацией» аквапарка Татьяне Куркчи за 80 млн рублей и применить последствия недействительности сделки. В 2021 году КУ уточнил требования, попросив признать недействительным также соглашение о зачете.

Суд первой инстанции удовлетворил заявление КУ. Апелляция прекратила производство по жалобе Татьяны Куркчи. А окружной суд отменил акты нижестоящих судов и направил спор на новое рассмотрение. После чего банк «РНКБ» пожаловался в Верховный суд, который решил рассмотреть этот спор 23 октября.

Что решили нижестоящие суды

Суд первой инстанции указал, что оспариваемый договор купли-продажи заключен между аффилированными лицами. А на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Рыночная стоимость имущества по результатам судебной экспертизы составляет 186 млн рублей, что существенно превышает установленную договором цену в 80 млн рублей. В то же время фактически «Кубаньреставрация» в качестве встречного предоставления получила только 1,6 млн рублей.

Переданные «Кубаньреставрации» права требования к «Кубаньресурсу» не могут быть признаны надлежащим встречным исполнением, поскольку договор купли-продажи между Татьяной Куркчи и «Кубаньресурсом» был расторгнут в судебном порядке.

Заключение соглашения о зачете очевидно свидетельствовало о намерении сторон формально осуществить погашение задолженности Куркчи без реального предоставления денежных средств, что преследовало цель вывода ликвидного имущества из конкурсной массы должника, то есть причинение вреда прежде всего кредиторам последнего.

Кроме того, суд апелляционной инстанции квалифицировал требования КУ о применении последствий недействительности сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу в качестве виндикационных требований к «Кубаньресурсу».

Суд пришел к выводу, что после принятия к производству заявления об оспаривании сделки «Кубаньресурс» создал препятствия для виндикации имущества, предприняв меры по внесению в ЕГРН записи об отсутствии правообладателя на участок под аквапарком. При этом после расторжения договора купли-продажи Куркчи не переоформила на себя права собственника имущества, что препятствует применению натуральной реституции со стороной оспоренной сделки.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что «Кубаньресурс» является недобросовестным приобретателем.

При таких условиях суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили заявленные требования, обязав вернуть спорное имущество в конкурсную массу должника.

Суд округа отменил судебные акты, указав, что при проведении экспертизы и выяснении цены спорного имущества не был учтен факт его обременения правами банка «РНКБ» как залогодержателя, что является фактором, снижающим рыночную стоимость объекта недвижимости. При этом банк, являющийся в данном деле основным кредитором, выразил согласие на заключение указанной сделки по указанной в договоре цене.

Также суд округа отметил, что при рассмотрении данного спора следовало обратить внимание на обстоятельства, оказывающие существенное влияние на рыночную стоимость имущества, в том числе обременение залогом, при необходимости поставив на обсуждение вопрос о назначении дополнительной или повторной экспертизы. Кроме того, судам следовало дать оценку доводам ответчиков об отсутствии признаков неплатежеспособности на дату заключения оспариваемого договора.

Что думает заявитель

Банк «РНКБ» указывает, что поскольку Татьяна Куркчи умерла, а в наследство никто не вступил, он как залогодержатель лишен возможности получить удовлетворение своих требований за счет реализации предмета залога.

При этом банк не оспаривает вывод суда округа о влиянии залогового обременения на стоимость имущества. Однако и с учетом этого фактора, по мнению заявителя, судами первой и апелляционной инстанций была установлена неравноценность сделки исходя из совокупности иных обстоятельств.

Ключевым является факт согласования более высокой стоимости имущества при последующей его перепродаже Татьяной Куркчи в пользу «Кубаньресурса».

Совокупность установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств позволяет сделать вывод о подозрительном характере сделки и наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.  

Что решил Верховный суд

Судья ВС Букина И.А. сочла доводы жалобы заслуживающими внимания и передала спор в Экономколлегию.

Почему это важно

Юрист коллегии адвокатов Delcredere Маргарита Шульгина считает, что ВС может попробовать скорректировать стандарт доказывания при оспаривании подозрительных сделок должника и затронуть стандарт проверки законности судебных актов по таким делам.

Насколько ошибка в судебной экспертизе по определению рыночной стоимости отчужденного объекта может влиять на законность принятых актов? Если допустить, что этой ошибки бы не было, суды бы пришли к другим выводам? Или к таким же? Насколько исправление ошибки судебной экспертизы оправданно, если другие лица не смогут реализовать свои права до окончания разбирательства на новом круге? В данном случае суды первой и апелляционной инстанций уже установили обстоятельства, необходимые для признания сделки должника недействительной по п. 2 ст. 61. 2 закона о банкротстве. Рыночная стоимость отчужденного имущества была определена по результатам судебной экспертизы (186 млн рублей против 80 млн рублей по условиям сделки). Но в деле имелись и другие доказательства неравноценности – цена перепродажи имущества была в 3 раза выше (270 млн рублей), как и ликвидационная стоимость (по соглашению между банком и должником). Согласно внесудебным заключениям – рыночная стоимость была в 5 раз выше цены по договору.

Маргарита Шульгина
юрист Коллегия адвокатов Delcredere
«

Кроме того, по словам Маргариты Шульгиной, на стороне покупателя спорного имущества выступило аффилированное лицо: обычная пенсионерка, которая никогда не занималась бизнесом и не управляла подобными объектами (аквапарк), ее финансовое состояние не позволяло оплатить стоимость имущества, а после сделки она его сразу же перепродала.

«Поэтому то обстоятельство, что судебная экспертиза не учла обременение (залог) в цене имущества, вполне может не быть основанием для отмены судебных актов с учетом других обстоятельств дела. Напротив, направление дела на новое рассмотрение для исправления этой ошибки может серьезно навредить правам банка – он еще год/полтора не сможет обратить взыскание на имущество, пока идет судебное разбирательство», – пояснила она.

По мнению к.ю.н., партнера юридической фирмы Orlova\Ermolenko Алены Ермоленко, процессуальная претензия к суду кассационной инстанции могла бы состоять в том, что суд превысил пределы полномочий суда кассационной инстанции, потому что он не может переоценивать доказательства по делу.

Но доводы жалобы в ВС были связаны с тем, что не имеет значения, учтен ли залог при оценке рыночной стоимости или нет, в любом случае сделка подозрительная. Если коллегия поддержит подобные доводы жалобы, в таком случае уже коллегия допустит переоценку доказательств, что будет само по себе означать превышение пределов полномочий. В этой связи, представляется, что удовлетворение жалобы будет нарушать требования процессуального законодательства.

Алена Ермоленко
партнер Юридическая фирма Orlova\Ermolenko
«

Старший партнер, руководитель практики корпоративных конфликтов и банкротств юридической компании «ССП-Консалт» Сергей Привалов отметил, что в комментируемом споре, помимо шаблонного вопроса о нерыночности условий первоначального договора купли-продажи, будут рассматриваться еще два вопроса:

о возможных способах защиты интересов первоначального залогодержателя (банка РНКБ), который в результате оспариваемых сделок фактически утратил залог (в установлении обеспеченными залогом требований отказано, имущество «не находится в чьей-либо собственности для обращения взыскания»);

необходимой совокупности обстоятельств для признания сделок недействительными (то есть не только неравноценность сделки, как ключевой, по мнению суда кассационной инстанции).

В частности, относительно потенциальных способов защиты интересов залогодержателя (банка РНКБ), действительно, и в рамках дела о банкротстве «Кубаньресурса», и в рамках банкротства «Кубаньреставрации» при установлении залоговых требований банка не было учтено, что после вынесения Советским райсудом Краснодара решения о расторжении договора купли-продажи и реституции имущество не могло находиться без собственника ввиду наличия института выморочного имущества. Переход имущества, как выморочного, к публично-правовому образованию, позволит, в случае признания сделки (договора купли-продажи от 19.06.2015) недействительной и применении последствий недействительности, возвратить имущество в конкурсную массу и обеспечить залогодержателю возможность получить удовлетворение своих требований за счет реализации имущества.

Сергей Привалов
партнер, руководитель практики банкротств и корпоративных конфликтов Юридическая компания «ССП-Консалт»
«

Партнер АБ «Бартолиус» Наталья Васильева отметила, что это запутанное дело с множеством участников и эпизодов, и с нелогичным поведением многих вовлеченных в схему лиц. 

Вызывает вопросы заинтересованность ООО «Кубаньресурс» в подаче кассационной жалобы в суд округа при условии признания договора приобретения аквапарка у Татьяны Куркчи расторгнутым и аннулирования в ЕГРН записи о праве собственности ООО «Кубаньресурс» на недвижимость. Также сомнительно решение банка о даче согласия на отчуждение должником аквапарка в пользу Куркчи за 80 млн рублей, то есть существенно ниже рынка по мнению самого же банка. Покойная гражданка Куркчи выступала же классическим временным мнимым собственником, вовлеченным в сделку в качестве транзитного звена в движении аквапарка от должника к ООО «Кубаньресурс». Полагаю, что, тем не менее, несмотря на вопросы к позиции банка на стадии заключения договора между должником и гражданкой, Верховный суд РФ отменит постановление суда кассационной инстанции, констатировав, что судебные акты первой и апелляционной инстанции являются способом эффективного восстановления нарушенных прав банка как залогодержателя объекта, у которого в настоящий момент законный залогодатель отсутствует.

Наталья Васильева
Партнер Адвокатское бюро «Бартолиус»
«

По словам Натальи Васильевой, права «Кубаньресурса», фактически удерживающего аквапарк без законных к тому оснований (договор приобретения расторгнут), не могут получить судебную защиту даже при наличии законных интересов гражданско-правового сообщества кредиторов «Кубаньресурса».

«В том случае, если до своей смерти Татьяна Куркчи не заплатила в пользу ООО «Кубаньресурс» по судебному акту 37 млн рублей, то данное исполнение подлежит истребованию из наследственной массы покойной с привлечением собственника выморочного имущества. Для последующей практики позиция Верховного суда РФ по анализируемому делу может быть полезна в следующем аспекте: является ли заключение судебной экспертизы более весомым доказательством нежели иные свидетельства занижения цены, включая поведение участников сделки (ведь Куркчи, являясь аффилированным с должником лицом, через 6 месяцев после приобретения объектов у должника продала их практически в 2 раза дороже в пользу ООО «Кубаньресурс»); подлежит ли защите интерес кредиторов по максимальному сохранению конкурсной массы того лица, которое удерживает объект без законных оснований», – пояснила она.

Управляющий партнер ЮФ «Медко Групп» Виталий Медко считает, что при рассмотрении кассационной жалобы Верховный суд РФ, вероятно, встанет на сторону заявителя, поскольку суд округа принял достаточно спорное постановление.

Так, не ясно, в связи с какими обстоятельствами суд кассационной инстанции сделал вывод о том, что факт обременения имущества правом залогодержателя является фактом, снижающим рыночную стоимость объекта недвижимости. Как следует из определения ВС, в рамках дела проводилась судебная оценочная экспертиза, которой была установлена стоимость имущества, существенно превышающая цену отчуждения. Полагаю, что влияние коррелирующих факторов, таких как залог имущества, поправка на торг и т.п., относится к компетенции экспертов, обладающих специальными познаниями. Кроме того, убежден, что приведенные заявителем кассационной жалобы в ВС доводы относительно неоднократного установления существенно большей цены имущества должны быть оценены Верховным судом. Полагаю, что ВС отменит постановление суда округа и оставит в силе судебные акты первой и апелляционной инстанций.

Виталий Медко
юрист, управляющий партнер Юридическая фирма Medko Group
«