Права на 38 квартир в почти достроенном доме в Московской области были проданы на аукционе за 25,5 млн рублей.

В рамках банкротства ООО «Дом Инвест» был проведен аукцион, на котором за 25,5 млн рублей были проданы права требования должника к ООО «Стройтехинвест» на сумму 125,8 млн рублей. Против результатов аукциона выступило ПАО «Межтопэнергобанк» в лице АСВ. Кредитор указывает, что в сообщении о проведении торгов конкурсный управляющий не указал важные детали: выставленный на реализацию лот наделяет победителя правом на получение высоколиквидного имущества – 38 квартир по договору долевого участия в строящемся МКД в подмосковном Одинцово (причем уже через полгода после торгов дом был введен в эксплуатацию). Кроме того, КУ не провел работу по взысканию дебиторской задолженности. Суды трех инстанций отклонили требование ПАО «Межтопэнергобанк» о признании торгов недействительными. Однако жалобой АСВ заинтересовался Верховный суд, который отправил спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции (дело А40-243174/2019).

Фабула

В 2019 году суд признал ООО «Дом Инвест» банкротом. При этом в январе 2021 года на ЕФРСБ было опубликовано сообщение о результатах проведенного за два дня до этого открытого аукциона по продаже права требования должника к ООО «Стройтехинвест» на сумму 125,8 млн рублей. В торгах поучаствовали два физических лица, а заявка третьего физлица была отклонена в связи с отсутствием подтверждения поступления задатка. Победителем был признан Леонид Ищенко, предложивший за лот 25,5 млн рублей.

Полагая, что указанные торги являются недействительными, конкурсный управляющий ПАО «Межтопэнергобанк» (конкурсный кредитор должника третьей очереди на сумму 1,3 млрд рублей) оспорил их результат в суде.

Суд первой инстанции, с которым согласились апелляция и кассация, отклонил требования ПАО «Межтопэнергобанк» как необоснованные. После чего КУ банка (Агентство по страхованию вкладов) пожаловался в Верховный суд, который решил рассмотреть этот спор.

Что решили нижестоящие суды

Суды руководствовались:

пунктом 2 статьи 129, пунктом 1 статьи 130, пунктом 3 статьи 131, пунктом 1 статьи 139 закона о банкротстве,

статьей 449 Гражданского кодекса,

пунктом 18 постановления Пленума ВАС от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»,

пунктами 1 и 5 Информационного письма Президиума ВАС от 22.12.2005 № 101 «Обзор практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с признанием недействительными публичных торгов, проводимых в рамках исполнительного производства»,

пунктом 1 статьи 17 закона «О защите конкуренции».

Суды приняли во внимание, что 11.11.2020 года состоялось собрание кредиторов должника, на котором было утверждено положение о реализации имущества должника. Банк участвовал на данном собрании и голосовал против утверждения положения (47,571 % от общего числа голосов). При этом с ходатайством о разрешении разногласий по определению цены имущества кредитор в суд не обращался, равно как и не обращался к конкурсному управляющему до проведения собрания кредиторов с требованием о привлечении оценщика.

Суды посчитали, что отсутствие попыток взыскать дебиторскую задолженность может свидетельствовать о бездействии арбитражного управляющего, однако не свидетельствует о том, что сама процедура торгов совершена с нарушением закона о банкротстве.

Что думает заявитель

Банк указывает на нарушение порядка проведения торгов в части указания управляющим недостоверной информации о предмете торгов. В сообщении в ЕФРСБ о проведении торгов от 26.11.2020 года указано на реализацию лота «Право требования к ООО «Стройтехинвест» по договору А/ГУД от 22.11.2016 на сумму 125 857 766 рублей». Вместе с тем не указано, что выставленный на реализацию лот наделяет победителя правом на получение высоколиквидного имущества — 38 квартир по договору долевого участия в строящемся многоквартирном жилом доме (ЖК «Сердце Одинцово») на расположенном в Московской области участке.

Поскольку предмет торгов указан недостоверно (не хватает существенных характеристик имущества), порядок их проведения, по мнению банка, нарушен. Жилой дом введен в эксплуатацию 23.06.2021 года.

Заявитель настаивает на заведомом занижении арбитражным управляющим начальной продажной стоимости реализации дебиторской задолженности. Действительно, собранием кредиторов большинством голосов установлена начальная продажная цена в размере 25 млн рублей (голосовали «за» кредиторы должника — ООО «СВ-ПРИНТ» и ООО «ГудЛайн» — обладатели 52,429% голосов).

Вместе с тем, действуя добросовестно и разумно, конкурсный управляющий должен был начать реализацию такой дебиторской задолженности как минимум по ее номинальной стоимости, а не за 20% от цены объектов долевого строительства по состоянию на 2016 год.

Управляющий должен был принять самостоятельные меры по взысканию данной дебиторской задолженности (им, в частности, не получен исполнительный лист, не возбуждено исполнительное производство, не проанализировано финансовое состояние дебитора, отсутствует заключение о возможности/невозможности получения с него денег), что также является нарушением порядка проведения торгов.

В любом случае, КУ обязан высказать свое профессиональное суждение по вопросу образования и порядка реализации дебиторской задолженности, чего в данном случае не сделано.

По результатам торгов победитель приобрел право на получение 38 квартир на нетипичных для рынка условиях и с существенным дисконтом — за 25,5 млн рублей за полгода до ввода дома в эксплуатацию, что нарушает права кредиторов должника.

Что решил Верховный суд

Судья ВС Е.С. Корнелюк сочла доводы жалобы заслуживающими внимания и передала спор в Экономколлегию.

К моменту заключения договора купли — продажи имущества должника на торгах предшествует процедура конкурентного сопоставления условий будущей сделки, определяемых организатором торгов и зафиксированных в извещении об их проведении (пункт 3 статьи 448 ГК РФ), и лучшего ценового предложения, сформированного участником торгов в заявке (пункт 4 статьи 447 ГК РФ). Данное правило продиктовано самой целью торгов, заключающейся в выявлении претендента на заключение договора, который способен предложить наиболее приемлемую (высокую) цену для более полного пополнения конкурсной массы и проведения расчетов с кредиторами. Проведение торгов с иной целью (вне зависимости от степени добросовестности истинных и публично нераскрытых намерений) представляет собой фикцию торговой процедуры.

В настоящем обособленном споре, по мнению заявителя, определенному кругу лиц была доступна возможность влияния на результат еще не состоявшихся торгов путем сокрытия реальных сведений о предмете реализации и его существенных характеристиках. Последствия данного воздействия очевидным образом оказали настолько существенное влияние на результат торговой процедуры, что будь данные условия доступны изначально, состав участников был бы иным и (или) победителем могло быть признано другое лицо.

В подтверждение своих доводов АСВ настаивало на том, что под видом дебиторской задолженности продавали квартиры в жилом доме, введенном в эксплуатацию спустя полгода с момента проведения торгов, что привело к ограничению круга потенциальных участников торгов и использовании торговой процедуры не в соответствии с ее назначением. Суды данные обстоятельства не устанавливали, не исследовали и не оценивали.

Вместе с тем победитель торгов Леонид Ищенко в судебном заседании дал пояснения, поддержанные представителями конкурсного управляющего должником и застройщика, о наличии у последнего серьезных финансовых затруднений и существования публично нераскрытого плана кредитования консолидированной задолженности застройщика, которому следовали все его основные кредиторы, в том числе АСВ.

План заключался в направленности выкупа задолженности у непосвященных в эти намерения лиц во избежание подачи ими исков и последующего наступления дефолта, ее реструктуризации посредством инвестирования в достройку объектов недвижимости и получения в обозримом будущем прибыли от вложенных инвестиций под предоставленные застройщиком гарантии исполнения обязательств.

Итогами реализации антикризисного плана явились достройка жилого комплекса и предоставление в нём жилых помещений (квартир) участникам долевого строительства, а достигнутый положительный результат стал возможен не в связи с рентабельностью бизнеса застройщика, а благодаря предоставленному инвесторами внешнему финансированию. В ином случае, по мнению победителя торгов и представителя застройщика, жилой комплекс не был бы достроен и введен эксплуатацию, о чем АСВ было доподлинно известно.

Согласно данным в судебном заседании пояснениям Ищенко, в правоотношениях с застройщиком АСВ изначально придерживалось данного плана и действовало схожим образом. Так, в ином, ныне прекращенном деле № А41-83394/2014 о несостоятельности (банкротстве) застройщика, АСВ, изучив финансовое состояние застройщика, сочло нецелесообразным дальнейшее ведение процедуры его банкротства и решило прекратить ее посредством заключения от лица несостоятельного банка «Капитал Кредит» соглашения о порядке погашения задолженности. К АСВ в счет погашения задолженности застройщика перед несостоятельным банком в общем размере 246,1 млн рублей, перешло право на получение жилых помещений (квартир) общей площадью 3 тыс. кв. м в том же ЖК, которое затем было реализовано АСВ в рамках дела о банкротстве банка путем продажи на торгах за 10% от номинальной стоимости.

Данные доводы о наличии плана кредитования консолидированной задолженности застройщика и непоследовательном процессуальном поведении самого АСВ, ссылавшегося в настоящем споре на недостоверность информации о предмете (характеристиках) торгов, однако в ином арбитражном деле действовавшего в правоотношениях с застройщиком схожим образом, так же требуют судебной проверки.

Если довод о непоследовательном процессуальном поведении АСВ найдет свое документальное подтверждение, то суду необходимо исследовать вопрос о наличии у последнего права на иск в материальном смысле, поскольку никто не может противоречить собственному предыдущему поведению.

Приведенные конкурсным управляющим возражения о том, что классификация лота в качестве «дебиторской задолженности» обусловлена исключительно программно-аппаратными особенностями публикации извещений в ЕФРСБ, Экономколлегия нашла несостоятельными, поскольку существенные характеристики лота могли быть раскрыты в тексте сообщения о проведении торгов.

Приводимые КУ и поддержанные судами доводы о том, что начальная цена реализованного имущества установлена собранием кредиторов, а АСВ не воспользовалось правом на изменение положения о реализации имущества, также не могут служить основанием для устранения КУ от собственной оценки порядка реализации дебиторской задолженности.

Поскольку на КУ возложена самостоятельная обязанность действовать в интересах должника и сообщества его кредиторов, он не может ссылаться на то, что его действия(бездействие) были одобрены решением собрания кредиторов и (или) он действовал во исполнение решений собрания (абзац первый пункта 7, пункт 12 постановления Пленума ВАС от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

При значительности общего размера неисполненных должником требований перед кредиторами (превышающего 2,3 млрд рублей) и направленности намерений части из них – ООО «СВ-ПРИНТ» и ООО «ГудЛайн» на реализацию именно дебиторской задолженности (а не квартир в жилом доме) КУ обязан был высказать свое профессиональное суждение по вопросам образования и порядка ее продажи на торгах, а при необходимости, передать разногласия на разрешение суда.

Поэтому выводы судов об отсутствии оснований для удовлетворения заявления агентства являются преждевременными.

Итог

ВС отменил акты нижестоящих судов и отправил спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Почему это важно

Руководитель банкротной практики МКА RUBICON Виталий Тарабарко отметил, что в комментируемом кейсе ВС исправил ошибки судов трех инстанций.

Акты судов трех инстанций действительно не были основаны на фактических обстоятельствах дела, кроме того, судами не была дана надлежащая правовая оценка всех сторон. К сожалению, при проведении торгов действительно имеет место быть такой факт как отсутствие детального описания лота. В объявлении о проведении торгов (Сообщение №5796497 от 26.11.2020) конкурсный управляющий указывает лишь «Права требования к ООО «Стройтехинвест» по договору А/ГУД от 22 ноября 2016 г.» и в тексте сообщения не раскрывает действительные характеристики лота. Указанные действия привели к ограничению круга потенциальных участников торгов, что само по себе является существенным нарушением порядка проведения торгов. Своим определением Верховный суд лишает конкурсных управляющих возможности для такого недобросовестного «маневра», тем самым увеличивая шансы для добросовестной конкуренции и, как следствие, повышает возможность реализации имущества должника по наиболее высокой цене, тем самым защищая интересы кредиторов.

Виталий Тарабарко
юрист, руководитель банкротной практики Московская коллегия адвокатов «Рубикон» (Rubicon)
«

По словам старшего юриста, адвоката юридической фирмы VERBA Legal Евгения Мишина, не секрет, что банкротные торги являются источником постоянных злоупотреблений. 

Вследствие как недостатков действующего регулирования, так недобросовестных действий отдельных акторов (АУ, мажоритарный кредитор, бенефициары должника) имущество должника чаще всего продается с высоким дисконтом, в результате чего цель проведения торгов – продажа имущества банкрота по наиболее высокой цене, максимальное наполнение конкурсной массы и, как следствие, наиболее полное удовлетворение требований кредиторов, не достигается. Снижение эффективности торгов достигается, среди прочего, посредством сокрытия информации, позволяющей определить экономическую привлекательность предмета торгов и, соответственно, сокращения круга потенциальных покупателей. Исчерпывающий перечень сведений, подлежащих включению в сообщение о продаже, содержится в п. 2 ст. 448 ГК РФ и п. 10 ст. 110 закона о банкротстве, ввиду чего существует возможность формально исполнить требования этих статей без раскрытия реальной ценности предмета торгов. В судебной практике однозначного решения этой проблемы нет. Представляется, что рассматриваемое определение также напрямую эту ситуацию не исправляет, поскольку ВС РФ не предложил конкретные механизмы разрешения проблемы, а ограничился указанием на необходимость нижестоящим судам исследовать все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора.

Евгений Мишин
старший юрист, адвокат Юридическая фирма VERBA Legal
«

Отдельный интерес, по словам Евгения Мишина, вызывает указание ВС РФ на необходимость оценки судами процессуального поведения АСВ на предмет непоследовательности.

«Хотя запрет на противоречивое поведение в процессуальном законодательстве прямо не установлен, и ВАС РФ, и ВС РФ неоднократно указывали на необходимость применения правила «эстоппель» в арбитражном процессе (п. 8 ОСП ВС РФ № 3 (2016), Определение ВС РФ от 07.02.2017 года № 4-КГ16-69, Постановления Президиума ВАС РФ от 22.03.2011 года № 13903/10, от 24.06.2014 года № 1332/14, Определения ВАС РФ от 27.05.2014 года № ВАС-6371/14, от 13.05.2013 года № ВАС-5144/13). Рассматриваемое определение закрепляет эту позицию», — подчеркнул юрист.

По мнению доцента Финуниверситета, адвоката MGP Lawyers Дениса Быканова, это очень интересная позиция ВС РФ, ведь суд вменил конкурсному управляющему, что тот не вынес своего профессионального суждения в отношении продаваемых прав, которые по своей сути представляли права на получение квартир в строящемся доме. 

Формально конкурсный управляющий организовал проведение торгов по продаже этих прав (так называемой дебиторской задолженности) с соблюдением закона, однако из объявления о торгах нельзя было определить коммерческую ценность реализуемого товара, в данном случае — прав требований. Поскольку подобные нарушения широко распространены, хочется верить, что такой подход ВС РФ окажет значительное влияние на судебную практику и деятельность арбитражных управляющих. С этих позиций теперь будет сложнее вуалировать ценность реализуемого на торгах имущества. Однако переоценивать влияние этого подхода ВС РФ также не следует, поскольку часто подобные дела осложнены тем, что кредиторам не так легко своевременно получить от конкурсного управляющего нужную информацию. Более того, АСВ участвует также не в каждой процедуре банкротства, а персональный фактор не стоит недооценивать.

Денис Быканов
партнер Адвокатское Бюро «Павлова, Голотвин, Быканов и партнеры»
«

Директор СРО «Союз организаторов торгов» Денис Ершов отметил, что в комментируемом определении ВС есть два интересных аспекта. 

Во-первых, в определении поднят очень важный вопрос о соответствии формулировки лота фактически реализуемому активу (под видом дебиторской задолженности продавали квартиры в жилом доме, введенном в эксплуатацию спустя полгода с момента проведения торгов). К сожалению, это частая проблема, когда ценность актива не очевидна из сухих формулировок состава лота (например, в лоте продается нежилое здание определенной площади, находящееся по указываемому адресу, а на деле продается современный торговый комплекс с высокой доходностью). Формально норма закона не нарушена, но очевидно, что такая формальность не позволяет достичь основной цели проведения торгов, а именно продажи актива по максимальной стоимости.

Денис Ершов
к.ю.н., управляющий партнер Организатор торгов «Доброторг»
«

Во-вторых, по словам Дениса Ершова, суд ставит вопрос о непоследовательном процессуальном поведении заявителя (в ином арбитражном деле заявитель действовал в правоотношениях с застройщиком схожим образом, но это не повлекло обращение заявителя с подобным заявлением).

«Суд указывает, что если при повторном рассмотрении довод о непоследовательном процессуальном поведении заявителя найдет свое документальное подтверждение, то суду необходимо исследовать вопрос о наличии у заявителя права на иск в материальном смысле, поскольку никто не может противоречить собственному предыдущему поведению. Возможно, такая аргументация позволит уменьшить количество злоупотреблений со стороны участников дел о банкротстве, которые в зависимости от обстоятельств и текущего интереса в аналогичных ситуациях занимают кардинально противоположные позиции: в одном случае обращаются с требованиями, в другом нет», – отметил он.

Управляющий партнер IMPRAVO Максим Борисов отметил, что в комментируемом определении Верховный суд обращает внимание на важность торгов как способа реализации имущества в процедурах банкротства. 

Нельзя не согласиться с тем, что торги не могут становиться простым соблюдением формальной их составляющей. Торги, оставаясь способом заключения сделки в рамках гражданского оборота в условиях конкуренции как между продавцами, так и между покупателями, должны опосредовать действительную волю сторон. В этой связи, важно детально изучать поведение каждой из сторон складывающихся правоотношений: конкурсного управляющего, в обязанности которого входит не только, как справедливо замечает ВС РФ, внешнее оформление процедуры отчуждения путем торгов, но и пополнение конкурсной массы, учет интересов как должника, так и его кредиторов; АСВ как кредитора (несомненно заинтересованного в поступлении как можно больших средств от продажи), чье недобросовестное противоречивое поведение также не может быть поощрено.

Максим Борисов
юрист, управляющий партнер Юридическая компания IMPRAVO
«

Исполнительный директор ЭТП «Центр дистанционных торгов» Тимур Насретдинов считает позицию ВС целесообразной с учетом системного толкования п. 10 ст. 110 закона о банкротстве, ст. 448 ГК РФ и цели проведения торгов, а именно участия как можно более широкого круга лиц для установления приемлемой (выгодной) цены.

С учетом заявления о недостоверности информации в лоте, которая сузила возможный круг участвующих лиц, правовой подход Экономколлегии представляется логичным и не влияющим на уже имеющуюся судебную практику. Также представляет интерес указание нижестоящим инстанциям на применения эстоппеля в отношении стороны, которая предоставляла противоположную позицию. В целом позиция ВС РФ не выходит за пределы текущего правового подхода.

Тимур Насретдинов
исполнительный директор Электронная торговая площадка «Центр Дистанционных Торгов» (ЦДТ)
«