Конкурсный управляющий ООО «Бункерная база – Терминал Север» обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ряда физических и юридических лиц из-за невозможности полного погашения требований кредиторов на сумму 1,7 млрд рублей. Суд первой инстанции частично удовлетворил требования. Апелляционный суд отменил определение в части и привлек к ответственности нескольких лиц, включая Александру Погодаеву, Артема Саштова, ООО «Северная Аврора», ООО «Танкс Девелопмент» и Владимира Петрова. Окружной суд отменил постановление апелляционного суда в части привлечения заявителей к ответственности, указав на неполное выяснение обстоятельств дела, неисследование всей совокупности доказательств и допущенные процессуальные нарушения (дело № А19-5739/2018).
Фабула
В рамках дела о банкротстве ООО «Бункерная база – Терминал Север» конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о привлечении ряда физических и юридических лиц к субсидиарной ответственности из-за невозможности полного погашения требований кредиторов должника на сумму 1,7 млрд рублей.
Суд первой инстанции частично удовлетворил требования, взыскав 288 тыс. рублей с Артема Саштова и 50 тыс. рублей с Александры Погодаевой.
Четвертый арбитражный апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции в части и привлек к субсидиарной ответственности Александру Погодаеву, Артема Саштова, ООО «Северная Аврора» и ООО «Танкс Девелопмент» на сумму 972,8 млн рублей, а также взыскал убытки с Владимира Петрова в размере 129 млн рублей и с Артема Саштова в размере 21,9 млн рублей.
Владимир Петров, Александра Погодаева, Артем Саштов, ООО «Северная Аврора» и ООО «Танкс Девелопмент» обжаловали постановление апелляционного суда в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа, рассказал ТГ-канал «Субсидиарная ответственность».
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд Иркутской области частично удовлетворил требования конкурсного управляющего, взыскав субсидиарную ответственность только с Артема Саштова в размере 288 тыс. рублей (в пределах наследственной массы) и с Александры Погодаевой в размере 50 тыс. рублей.
Четвертый арбитражный апелляционный суд указал на необоснованность отказа от учета выводов судебной экспертизы о наличии признаков преднамеренного банкротства, а также на непринятие во внимание доказательств совершения недобросовестных сделок с аффилированными лицами в период руководства Александры Погодаевой. Суд установил, что ООО «Танкс Девелопмент» и ООО «Северная Аврора», владея по 50% долей, не могли не знать о противоправности совершаемых операций и не предотвратили причинение вреда должнику. Апелляционный суд также пришел к выводу о возможности взыскания убытков с Владимира Петрова и Артема Саштова как с руководителей обществ-контрагентов по сделкам, впоследствии признанным недействительными.
Что решил окружной суд
Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа отменил постановление апелляционного суда в части привлечения указанных лиц к ответственности.
Касательно Артема Саштова и Владимира Петрова суд указал, что апелляционный суд должен был исследовать и оценить представленные ими доказательства об отсутствии оснований привлечения к ответственности (документы о встречном исполнении по сделкам, сведения о периоде руководства обществами-контрагентами). Оставив эти доводы без рассмотрения и оценки, апелляционный суд нарушил принципы состязательности и равноправия.
Относительно привлечения Александры Погодаевой к ответственности за неподачу заявления о банкротстве суд округа отметил, что апелляционный суд не мотивировал отклонение ее доводов о снижении размера ответственности.
Суд указал, что привлечение ООО «Танкс Девелопмент» и ООО «Северная Аврора» к субсидиарной ответственности только на основании размытой структуры управления и факта участия в уставном капитале должника без доказательств фактического контроля над должником не может быть признано обоснованным.
Суд также обратил внимание, что апелляционный суд в нарушение процессуальных норм не вынес на обсуждение вопрос об изменении правовых оснований требований к Владимиру Петрову и Артему Саштову (с субсидиарной ответственности на взыскание убытков), лишив их возможности представить новые доводы против этого основания.
Апелляционный суд должен был установить конкретные условия перехода прав требований к ООО «Танкс Девелопмент» и оценить, сохранились ли у должника права на предъявление иска после этой уступки.
Итог
Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа отменил постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда в части привлечения к субсидиарной ответственности ООО «Северная Аврора», ООО «Танкс Девелопмент», Артема Саштова и Александры Погодаевой, а также взыскания убытков с Артема Саштова и Владимира Петрова. Спор направлен на новое рассмотрение в апелляционный суд.
Почему это важно
Представляется, что в данном деле наиболее важное значение для правоприменения имеют вопросы процессуального характера, на которые обратил внимание окружной суд, отметил Вадим Бородкин, адвокат, партнер Юридической фирмы Orchards.
Во-первых, в очередной раз обращает на себя внимание проблема уклонения нижестоящих судов от исследования всех представленных в материалы спора доказательств, опровергающих основания для привлечения субсидиарных ответчиков к ответственности. В рамках данного спора апелляционный суд посчитал возможным не исследовать обстоятельства спора и представленные со стороны ряда ответчиков в опровержение доводов заявления доказательства, ограничившись наличием выводов, содержащихся в судебном акте, принятом в рамках другого дела. Однако ошибочность подхода апелляционного суда выразилась в том, что данные ответчики в другом деле не участвовали и, очевидно, суд нарушил нормы процессуального права, фактически ограничив ответчиков в возможности доказывания обстоятельств, опровергающих законность и обоснованность заявленных к ним требований.
Во-вторых, окружной суд обоснованно указал на недопустимость привлекать к субсидиарной ответственности лиц исключительно на основании их участия в уставном капитале должника в отсутствие каких-либо допустимых и бесспорных доказательств фактического осуществления и реализации контроля над деятельностью должника. При этом такие абстрактные категории, как, например, «размытая структура управления», не являются сами по себе доказательством, что все участники общества должны быть признаны контролирующими должника лицами. Необходимо доказать и установить (в чем может помочь наличие законом предусмотренных доказательственных презумпций статуса КДЛ) статус контролирующего лица в отношении каждого субсидиарного ответчика.
В-третьих, окружной суд уделил внимание очень важной проблеме – скрытой судебной переквалификации основания ответственности.
Так, если заявитель ссылается на наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности и ответчики строят свою линию защиты на опровержение у них статуса КДЛ, суд не вправе, не поставив на обсуждение вопрос о правовой переквалификации оснований ответственности, постфактум при вынесении судебного акта привлечь таких ответчиков не к субсидиарной ответственности, а к ответственности в виде взыскания ординарных корпоративных убытков (ст. 61.20 Закона о банкротстве).
По мнению Ирины Шоч, председателя Коллегии адвокатов города Москвы «Ирина Шоч и партнеры», позиция кассационной инстанции имеет системный характер и подтверждает ключевой подход в спорах о привлечении к субсидиарной ответственности, где необходим строгий стандарт доказывания фактического контроля, при котором одного лишь участия в уставном капитале явно недостаточно.
Суд, продолжила она, прямо указал, что формальное владение долей и общие рассуждения о «размытой структуре управления» или «целесообразности привлечения участников» не могут служить юридическим основанием для возложения субсидиарной ответственности без установления конкретных управленческих действий, распоряжений, участия в одобрении сделок или иного влияния на деятельность должника.
Главная идея кассации – в том, что участие в капитале не равно контролю. Такой вывод является принципиально значимым, поскольку исключает возможность подменять требуемые законом критерии косвенными признаками или предположениями. Одновременно кассация указала на необходимость полноты исследования доказательств, особенно тех, которые прямо затрагивают вопрос наличия или отсутствия ущерба, встречного исполнения и причинно-следственной связи (поскольку апелляция проигнорировала существенный объем документов, включая договоры, накладные, сведения бухгалтерского учета и др.), т.е. без анализа этих материалов невозможно законно установить размер ответственности и причастность конкретных лиц. Нарушение принципов состязательности и неправильное применение преюдиции (учет судебных актов, вынесенных без участия ответчиков) суд кассация признал существенным.
Отдельного внимания, по ее словам, заслуживает вывод суда относительно недопустимости скрытой переквалификации требований, т.е. если суд приходит к выводу о необходимости применения ст. 53.1 ГК РФ вместо норм о субсидиарной ответственности, то он обязан вынести этот вопрос на обсуждение сторон. В противном случае нарушается право ответчиков на защиту и возможность представить возражения по новому основанию ответственности.
В совокупности позиция кассации оказывает заметное влияние на практику, заключила Ирина Шоч.
Она повышает требования к доказательной базе конкурсных управляющих, где необходима демонстрация именно реального контроля или конкретных вредоносных действий, а не указание на факт формального участие или аффилированности.
Также решение ограничивает тенденцию расширительного толкования субсидиарной ответственности и снижает риск привлечения к ней участников, фактически не влияющих на управление.
И, наконец, суды нижестоящих инстанций теперь будут уделять больше внимания оценке доказательств встречного исполнения, корректному установлению размера вреда и соблюдению процессуальных гарантий сторон.
Учитывая изложенное, а также позицию суда, подход к субсидиарной ответственности становится более выверенным, формализованным и ориентированным на конкретные факты, а не на общие представления о корпоративной связи или предполагаемом влиянии, резюмировала Ирина Шоч.
Особый интерес в рамках данного кейса вызывает процессуальный вопрос, рассмотренный судом кассационной инстанции, полагает Юрий Самолетников, адвокат, старший юрист Юридической фирмы VERBA LEGAL.
Рассматривая заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, суд установил, что по ряду ответчиков (В.А. Петров и А.Р. Саштов) оснований для субсидиарной ответственности не имеется. Вместе с тем данные лица были привлечены к ответственности в виде убытков по ст. 15, 53.1 ГК РФ, обратил внимание Юрий Самолетников.
Нюанс заключается в том, что при рассмотрении дела суд апелляционной инстанции не поставил в известность ответчиков о переквалификации требования. Ответчики до последнего доказывали, что они не имеют статус КДЛ, что могло являться основанием для освобождения от субсидиарной ответственности, но не убытков. Нераскрытая апелляцией переквалификация требования привела к тому, что ответчики оказались лишены возможности выстроить защиту в отношении иного правового основания. Они не представили доказательств отсутствия причинно-следственной связи между своими управленческими решениями и неплатежеспособностью обществ, поскольку весь процесс строили вокруг оспаривания статуса КДЛ как основания освобождения от субсидиарной ответственности.
Кассационный суд, отменяя акт апелляции, отметил, что апелляционная инстанция фактически разрешила требование, которое не было заявлено и не подвергалось состязательному исследованию, что является существенным процессуальным нарушением, подчеркнул он.
