ИП Екатерина Головко инициировала банкротство ООО «Востсибтрейдер» в ноябре 2022 г. Суд утвердил Алексея Бурлакова управляющим на всех стадиях процедуры. Василий Макрицкий подал ходатайство об отстранении управляющего, указав на его аффилированность с группой кредиторов. Суды первой и апелляционной инстанций отказали, не усмотрев фактической заинтересованности. Кассация отменила судебные акты и отстранила Бурлакова. Окружной суд установил системный характер связей управляющего с кредиторами: общий представитель, родственные отношения кредиторов, участие в делах связанных лиц. При наличии обоснованных сомнений в независимости они толкуются против утверждения управляющего независимо от отсутствия жалоб на его действия (дело № А19-24963/2022).
Фабула
ИП Екатерина Головко обратилась в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании ООО «Востсибтрейдер» банкротом. Суд в июне 2023 г. ввел наблюдение и утвердил временным управляющим Алексея Бурлакова. В июне 2024 г. суд признал ООО «Востсибтрейдер» банкротом и утвердил Бурлакова конкурсным управляющим.
Василий Макрицкий подал ходатайство об отстранении Бурлакова, сославшись на его аффилированность с кредиторами. Макрицкий указал, что Екатерина Головко и Владимир Шаравин имеют совместного ребенка и ведут совместное хозяйство; в деле № А19-12517/2021 интересы Бурлакова представляла Анна Шаравина — дочь Владимира Шаравина; Шаравин, Головко, ООО «Транссиблогистик» и Бурлаков пользуются услугами одного представителя — Кургузовой; Шаравин руководил ООО «Спецтехремонт», по заявлению которого суд ввел банкротство ООО «Металлторг-Сибирь» (тоже под руководством Шаравина), где управляющим также утвердили Бурлакова; конкурсный управляющий ООО «Востсибтрейдер» выдал Кургузовой общую доверенность.
Суд первой инстанции, с которым согласилась апелляция, отказал в удовлетворении ходатайства. Макрицкий обратился в суд округа.
Что решили нижестоящие суды
Арбитражный суд Иркутской области не усмотрел фактической заинтересованности управляющего и кредиторов. Суд указал, что Макрицкий не доказал необъективность действий Бурлакова и причинение ущерба должнику.
Апелляция поддержала эти выводы. Суды расценили приведенные факты как случайные совпадения, отметили незначительный срок доверенности, отсутствие системности в представлении интересов управляющего Кургузовой и добросовестное исполнение Бурлаковым своих обязанностей.
Что решил окружной суд
Кассация признала доводы жалобы обоснованными.
Окружной суд напомнил, что согласно п. 1 ст. 145 Закона о банкротстве суд отстраняет управляющего при выявлении обстоятельств, препятствовавших его утверждению. Подпункт 2 п. 2 ст. 20.2 относит к таким обстоятельствам заинтересованность управляющего по отношению к должнику или кредиторам.
Суд сослался на п. 4 Обзора от 11 октября 2023 г.: управляющий должен быть независим от должника и кредиторов, обоснованные сомнения в независимости толкуются против его утверждения. Согласно п. 56 постановления Пленума ВАС РФ № 35 суд не вправе допускать ситуацию, когда полномочиями управляющего обладает лицо, в независимости которого имеются существенные сомнения.
Кассация разъяснила, что возражающей стороне достаточно зародить у суда разумные подозрения относительно приемлемости кандидатуры. Фактическую аффилированность суд устанавливает на основании совокупности согласованных косвенных доказательств.
Доводы об аффилированности Бурлакова и группы кредиторов документально подтверждены и установлены судами. Фидуциарные отношения носят системный, а не случайный характер. Отношения между должником и аффилированными кредиторами имеют явно конфликтный характер, что свидетельствует о конфликте интересов.
Разъяснения п. 5 Обзора (неоднократное предложение кредитором одной кандидатуры само по себе не указывает на зависимость) здесь не применимы. Тот пример касался системного кредитора — банка, для которого взыскание через банкротство является стандартным способом. Правовые подходы для системных кредиторов не применимы к обычным инициаторам банкротства.
Отсутствие удовлетворенных жалоб на управляющего не исключает препятствий к продолжению его деятельности. Суд признал необоснованными выводы о незначительности срока доверенности. Иных установленных обстоятельств достаточно для вывода о препятствиях. Доверенность лишь дополнительно подтверждает заинтересованность. Ее содержание (общая, без конкретизации поручения) свидетельствует не о разовом характере. Управляющий, совершая подобные действия, должен понимать неблагоприятные последствия.
Окружной суд указал, что для отстранения по данному основанию не требуется доказывать причинение вреда — значение имеет только наличие элемента аффилированности. Заявитель доказал обоснованные сомнения, а ответчик их не опроверг с необходимой убедительностью.
Итог
Кассация отменила судебные акты нижестоящих инстанций и приняла новый судебный акт, отстранив Алексея Бурлакова от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Востсибтрейдер».
Почему это важно
Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа пришел к выводу о том, что несколько косвенных доказательств, указывающих на фактическую аффилированность арбитражного управляющего и кредитора, являются достаточным обстоятельством для его отстранения, отметил Александр Михайлов, партнер Юридической компании NERRA.
При этом, продолжил он, имелись следующие факторы. Кредитор и арбитражный управляющий пользовались услугами одного представителя (на которого управляющим была выдана доверенность со сроком действия около месяца). Также установлено, что арбитражного управляющего представляла дочь кредитора.
Суд округа отметил, что добросовестное исполнение конкурсным управляющим своих обязанностей не исключает отстранения от процедуры в случае наличия существенных и обоснованных сомнений в его независимости, что указывает на преобладание формального подхода в судебной практике к решению данного вопроса, указал Александр Михайлов.
Полагаю, что сугубо формальный подход к решению вопроса об отстранении негативно сказывается на деятельности арбитражных управляющих, ведь отстранение может использоваться как рычаг давления со стороны кредитора даже в той ситуации, когда каких-либо нарушений прав указанного кредитора не имелось, а управляющий добросовестно осуществлял мероприятия конкурсного производства, в том числе оспаривал сделки, подавал заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Отстранение арбитражного управляющего от исполнения обязанностей потенциально негативно сказывается на размере его вознаграждения. Формальный подход к решению данного вопроса также может негативно сказаться на процессе привлечения антикризисных менеджеров в процедуры, который и так осложнен, в том числе низким уровнем фиксированного вознаграждения.
Естественно, пояснил он, арбитражный управляющий не должен быть аффилирован с кем-то из участников банкротного процесса и действовать в его интересах. Однако одного факта краткосрочного представительства не должно быть достаточно для отстранения, если отсутствуют какие-либо иные доказательства, свидетельствующие о заинтересованности такого управляющего.
В правовом регулировании следует находить баланс, а также доказывать реальный вклад управляющего в процедуру и соблюдение им интересов всех участников процесса для целей его отстранения, заключил Александр Михайлов.
Отстранение арбитражного управляющего при установлении его аффилированности с иными лицами, участвующими в деле о банкротстве, является превентивной мерой, направленной на минимизацию вероятности причинения вреда интересам должника и кредиторов, полагает Анастасия Лысенко, руководитель проектов Юридической компании «ЮрТехКонсалт».
В комментируемом постановлении суд кассационной инстанции указал на наличие у арбитражного управляющего права опровергнуть сомнения в своей независимости. Так, арбитражный управляющий вправе указывать, например, что выдача доверенности была однократной и обусловлена намерением сократить расходы на проведение процедуры банкротства, если требовалось совершение действий от имени должника в другом регионе. Однако в этом деле суд обратил внимание на содержание выданной кредитору от имени конкурсного управляющего доверенности. Несмотря на короткий срок доверенности, она предоставляла представителю широкий круг полномочий. Не менее важно и то, что суд установил аффилированность не только на основании факта выдачи доверенности, но и по результатам исследования иных представленных в дело доказательств.
Именно совокупность установленных обстоятельств, по ее словам, позволила суду сделать вывод о наличии системных фидуциарных отношений между арбитражным управляющим и кредиторами. В целом суд продемонстрировал последовательный и системный подход к оценке доказательств, что должно оказать благоприятное влияние на правоприменительную практику, резюмировала Анастасия Лысенко.
Вопрос, касающийся оснований и достаточных рамок для отстранения управляющего, уже не первый год находится на острие судебной практики и обсуждается в профессиональном сообществе, констатировал Роман Чистяков, адвокат, советник практики корпоративных конфликтов и банкротств Юридической компании «ССП-Консалт».
Формальное наличие связей управляющего с кредитором или должником, без фактического причинения интересам кредиторов вреда, наличия такого умысла / намерения создает дополнительные проблемы и барьеры для работы управляющего. Бесспорно, при существенном, например, прокредиторском подходе со стороны управляющего и наличии доказательств аффилированости отстранение было бы разумным. Возвращаясь к вопросу о достаточных основаниях для отстранения управляющего, наглядный подход Верховный Суд РФ приводит в определении от 7 июля 2025 г. № 307-ЭС20-2151(73) о невозможности отстранения управляющего за причинение реального вреда конкурсной массе и иных злоупотреблениях в процедуре.
Если приведенные в деле обстоятельства – не основание для отстранения, то отстранение по мотиву аффилированности, без причинения вреда конкурсной массе, по крайней мере, является странным и чрезмерным, пояснил он. Самого факта аффилированности недостаточно для отстранения без анализа наличия или отсутствия вреда, считает Роман Чистяков.
В Законе о банкротстве определено, что одним из оснований, по которому арбитражный управляющий не может быть утвержден конкурсным управляющим, является его заинтересованность по отношению к должнику или кредиторам, напомнила Анна Захарова, арбитражный управляющий Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».
Отстранение управляющего в данном случае, по ее мнению, направлено на недопущение ситуации, при которой управляющий не соответствует законодательным требованиям.
В данном деле, исходя из представленных доказательств, отсутствовала независимость конкурсного управляющего и группы аффилированных конкурсных кредиторов, не исключена возможность конфликта интересов. Следует отметить, что судом кассационной инстанции были проанализированы не только формальные признаки, установленные п. 1 и 3 ст. 19 Закона о банкротстве, но и иные обстоятельства, свидетельствующие о фактической аффилированности, ставящие под сомнение непредвзятость и независимость. Суд кассационной инстанции также отметил, что отношения между должником, с одной стороны, и аффилированными кредиторами – с другой, носят явно конфликтный межличностный характер, что позволяет сделать вывод не только о наличии аффилированности управляющего по отношению к группе кредиторов, но и о конфликте интересов в рамках дела о банкротстве.
Таким образом, позиция суда кассационной инстанции видится законной и обоснованной, подытожила она.
