Дмитрий Николаенко из Юридической группы «Пилот» – про спор о надлежащем извещении стороны по делу при восстановлении процессуального срока
ООО «В1» обратилось в суд с требованием об обращении взыскания на земельный участок ООО «Альянс М» путем продажи с торгов. Суд первой инстанции удовлетворил требования истца. ООО «Альянс М» подало апелляционную жалобу с ходатайством о восстановлении срока, но суды апелляционной и кассационной инстанций отказали в удовлетворении ходатайства и прекратили производство по жалобе, сочтя ответчика надлежаще извещенным. ООО «Альянс М» пожаловалось в Верховный Суд, указав на ошибочность выводов нижестоящих судов об извещении ответчика и сославшись на справку «Почты России» и отсутствие ярлыка ф.20 на почтовом отправлении. Судья ВС И.А. Букина передала спор в Экономколлегию, которая оставила без изменения определение Десятого арбитражного апелляционного суда и постановление Арбитражного суда Московского округа, а кассационную жалобу ООО «Альянс М» – без удовлетворения (дело № А41-42976/2023). Подробнее об этом – на портале.
Доведение информации о начавшемся судебном процессе до сведения лица, участвующего в деле, несомненно, является критически важной функцией суда, обеспечивающей соблюдение базовых процессуальных принципов, отметил Дмитрий Николаенко. Вместе с тем на практике зачастую можно столкнуться с недобросовестными оппонентами, которые, даже будучи осведомленными о судебном процессе, намеренно его игнорируют, всеми правдами и неправдами отодвигая момент получения судебного извещения. Основная цель подобных действий – затянуть процесс и обеспечить тем самым необоснованную выгоду для себя либо иного взаимосвязанного лица, указал он.
Обозначенная проблема, по его словам, приобретает особенно острый характер в делах о банкротстве, в которых скорость разрешения отдельных обособленных споров может являться критически важным параметром для формирования конкурсной массы.
Обстоятельства, изложенные ВС РФ в комментируемом определении, едва ли позволяют достоверно установить, являлось ли неуказание корректного адреса юридического лица в ЕГРЮЛ случайной ошибкой, либо стало следствием намеренного злоупотребления со стороны ответчика. В любом случае позиция ВС РФ представляется обоснованной и способствующей формированию позитивной практики: ненадлежащее исполнение обязанности юридического лица по внесению в ЕГРЮЛ своего актуального адреса не должно влечь за собой негативные последствия для других участвующих в деле лиц в виде затягивания сроков разрешения спора. Обоснованным и актуальным данный подход представляется также в контексте современного уровня развития информационных технологий, который существенно упростил получение информации о начавшемся судебном процессе, что уже учитывается высшей судебной инстанцией. Например, в п. 35 постановления Пленума ВС РФ от 17 декабря 2024 г. № 40 изменен существовавший ранее и закрепленный в постановлении Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. № 35 подход к судебным извещениям участников обособленных споров. При действующем регулировании лицо, осведомленное о возбужденном деле о банкротстве, обязано самостоятельно отслеживать все обособленные споры. С учетом вышеизложенных позиций ВС РФ отменить судебный акт по формальным основаниям или длительное время затягивать процесс, продолжая незаконно пользоваться активом должника, станет сложнее, что в конечном счете позитивно скажется на процедурах банкротства.
Екатерина Русинова из Московской коллегии адвокатов «Юридическая помощь бизнесу» – про кейс о заключении мирового соглашения аффилированными лицами по отношению к должнику
В 2016 г. в отношении АО «Компакт» было возбуждено дело о банкротстве, однако процедура наблюдения была введена только в октябре 2023 г. В ноябре 2024 г. собрание кредиторов одобрило мировое соглашение, предусматривающее погашение 30% основного долга в течение трех лет и прощение оставшихся 70% долга, а также всех неустоек. Суды первой и апелляционной инстанций утвердили мировое соглашение, признав его экономически обоснованным и соответствующим закону. АО «Международный аэропорт "Курумоч"» и АО «БМ-Банк» обжаловали эти решения в кассационном порядке, утверждая, что мировое соглашение было заключено аффилированными лицами для списания долгов перед независимыми кредиторами и избежания субсидиарной ответственности. Окружной суд согласился с доводами заявителей, указав на нестандартность ситуации, когда процедура банкротства не вводилась семь лет, а также на отсутствие доказательств реальной возможности восстановления платежеспособности должника. Суд отменил акты нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение, подчеркнув необходимость выяснить истинные цели заключения мирового соглашения (дело № А56-11178/2016). Подробнее об этом – на портале.
Рассматриваемый судебный акт свидетельствует об ориентированности судов на разрешение споров в русле экономического существа процедур банкротства. Учет принципа реабилитационного паритета, несомненно, является позитивной и последовательно развиваемой тенденцией судебной практики. Представляется ценным подход суда кассационной инстанции, который учел нестандартные, но показательные обстоятельства процедуры банкротства как признак аффилированности большинства кредиторов и по существу применил по отношению к доводам этих кредиторов повышенный стандарт доказывания. Вопрос о допустимости условий мирового соглашения в конкретном деле не закрыт. При этом кассационная инстанция выполнила анализ фактов по делу, сделала вывод о несоответствии декларируемых и реальных целей заключения мирового соглашения. Вопрос об исполнимости мирового соглашения особенно интересен. Акцент суда на этом обстоятельстве в очередной раз говорит о том, что должник не должен ограничиваться констатацией намерения и планом что-то исполнить. Если кредиторы задают вопрос «как», значит, ответ из документов не очевиден. Банкротство – это не оторванный от жизни юридический процесс, и суд в данном деле об этом напомнил.
Анна Ларина из Управляющей компании «ПОМОЩЬ» – про спор о правомерности уступки требований к банкроту в пользу третьего лица
В рамках дела о банкротстве ООО «РМНТК-Термические системы» Татьяна Лисневская обратилась с заявлением о процессуальной замене кредитора ООО «Цзэнэн-Рус-Нефтемаш» на его правопреемника – Татьяну Лисневскую. Суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили заявление, но суд округа отменил их судебные акты и направил обособленный спор на новое рассмотрение. Суд округа указал, что нижестоящие суды не исследовали все обстоятельства, в том числе доводы об использовании цессионарием денежных средств, полученных от хранителей залогового имущества должника, и о необходимости оценки экономической целесообразности приобретения требования. Татьяна Лисневская обратилась с кассационной жалобой в Верховный Суд РФ, указав на ошибочность выводов о применении правил об отношениях покрытия и об исследовании экономической целесообразности сделки в рамках данного обособленного спора. Судья Верховного Суда РФ Букина И.А. передала спор в Экономколлегию (дело № А32-11409/2019). Подробнее об этом – на портале.
При урегулировании задолженности между должником и кредитором последний нередко прибегает к уступке права требования: получить денежные средства от цессионария с «дисконтом» иногда выгоднее, чем обращаться в суд или участвовать в уже существующих и длительных судебных разбирательствах, отметила Анна Ларина.
Если речь идет об арбитражном споре о взыскании задолженности, продолжила она, суды, как правило, устанавливают факт оплаты по договору цессии, либо переход права требования с момента заключения договора. Зачастую этого достаточно для удовлетворения требования о процессуальном правопреемстве (см., например, определение ВС РФ от 11 октября 2022 г. № 305-ЭС22-11920 по делу № А40-121211/2021), указала она.
В делах о банкротстве, по ее словам, все не так однозначно – при формировании реестра требований кредиторов в практике распространены злоупотребления аффилированных с должником и контролирующими его лицами. В качестве последствий таких злоупотреблений применяется отказ в удовлетворении требований или их понижение в реестре в связи с применением механизма субординации, разработанного ВС РФ еще в 2020 г. (Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29 января 2020 г.)
Рассматриваемое дело, по мнению Анны Лариной, интересно как раз с точки зрения развития практики рассмотрения требований аффилированных с должником кредиторов с точки зрения п. 6.2 Обзора (о включении в реестр требований аффилированного лица, приобретенных у независимого кредитора по договору цессии). По общему правилу, такое требование понижается в реестре тогда, когда цессия произошла до возбуждения дела о банкротстве и ее целью было сокрытие имущественного кризиса от независимых кредиторов. В рассматриваемом случае цессия состоялась существенно позже возбуждения дела о банкротстве, то есть сокрыть признаки банкротства таким образом невозможно.
Суд кассационной инстанции, констатировала она, применил к цессионарию повышенный стандарт доказывания и указал, что необходимо было установить целесообразность уступки, а также источник финансирования оплаты уступки (цессионарий – физическое лицо, стоимость права требования по цессии – 530 млн при сумме уступаемого требования 3,5 млрд, при этом для данного требования это уже четвертая уступка в ходе рассмотрения дела).
С одной стороны, это представляется логичным. Да, уступка произошла после возбуждения дела о банкротстве и ее целью не может быть компенсационное финансирование, однако это, по словам Анны Лариной, не исключает других целей, которые может преследовать потенциально заинтересованное лицо:
После включения в реестр цессионарий как новый кредитор обладает определенным процентом голосов, если требование большое – может влиять на решения, принимаемые общим собранием кредиторов. Такие решения должны приниматься в пользу независимых кредиторов, а не контролирующих и аффилированных с ними лиц.
Заключая договор цессии, стороны устанавливают цену права требования с «дисконтом». При этом право требования остается в прежнем размере. Аффилированное лицо может приобрести требование с существенной скидкой и претендовать на его удовлетворение в полном размере, что нельзя считать добросовестным поведением.
Суд кассационной инстанции, отметила она, также указал, что не исключено наличие договора о покрытии (договоренности об опосредованном выкупе долга самим должником или приближенными к нему лицами).
С другой стороны, указанные обстоятельства не будут иметь значения, если достоверно не будет установлена аффилированность с должником или контролирующими лицами. Иначе говоря, обстоятельства устанавливаются по очереди:
определение аффилированности;
применение повышенного стандарта доказывания.
Именно поэтому интересным представляется довод заявителя кассационной жалобы о том, что при отсутствии доводов об аффилированности как цедента, так и цессионария, к должнику избранный судом округа подход представляется процессуально избыточным, заключила она.
Как известно, очередность удовлетворения требований кредитора не может быть понижена исключительно из-за того, что он аффилирован (п. 2 того же Обзора), а бремя опровержения определенных обстоятельств, связанных с наличием у него недобросовестных целей в процедуре, возлагается на кредитора только тогда, когда будет установлено, что он аффилирован (п. 1 Обзора). Потенциально в рамках данного дела возможно формирование сразу двух правовых позиций: о процессуальном порядке установления обстоятельств при рассмотрении заявлений о процессуальном правопреемства (сначала – аффилированность, после – повышенный стандарт доказывания, но не одновременно); о процессуальных возможностях при рассмотрении заявления о правопреемстве аффилированного цессионария, приобретшего право требования к должнику не в период имущественного кризиса, а после возбуждения дела о банкротстве, но с определенными целями и при наличии договора о покрытии (возможен ли отказ в правопреемстве при отсутствии судебного акта о недействительности цессии? возможна ли субординация уже включенного по результатам рассмотрения заявления о правопреемстве в таких обстоятельствах?). Вышеперечисленное представляется важным для развития практики, поскольку правила рассмотрения заявлений о правопреемстве не аналогичны правилам рассмотрения изначального требования и существенно отличаются от механизмов рассмотрения заявлений о признании сделки недействительной.
Руслан Остроумов из Юридической фирмы «ЮР-СТАТУС» – про кейс о подтверждении ФНС обоснованности своих требований при введении процедуры банкротства
ФНС обратилась в суд с заявлением о признании ООО «Партнер-Строй» банкротом на основании налоговой задолженности. Ранее ФНС уже подавала аналогичное заявление в рамках первого дела о банкротстве, приложив требование об уплате задолженности и решение о взыскании за счет денежных средств. Первое дело было прекращено в июне 2024 г. по ходатайству самой ФНС в связи с погашением основного долга. В рамках нового дела ФНС дополнительно представила постановления о взыскании задолженности за счет иного имущества на сумму свыше 15 млн рублей. Суды трех инстанций отказали во введении процедуры банкротства, посчитав, что без новых требования об уплате и решения о взыскании за счет денежных средств долг нельзя признать обоснованным. ФНС не согласилась с выводами судов, указав, что после введения единого налогового счета (ЕНС) новые требования не перевыставляются при увеличении задолженности, а процедура взыскания носит динамический характер. Судья Верховного Суда РФ И.В. Разумов передал спор в Экономколлегию (дело № А40-277167/2024). Подробнее об этом – на портале.
Ранее ВС РФ уже разъяснял следующий механизм относительно сроков: если налоговая подала заявление о банкротстве, указав в нем как суммы, подтвержденные решением о взыскании, так и суммы, в отношении которых решение не вынесено, и должник осуществил частичное погашение по решению о взыскании до «пороговой» суммы, заявление все равно может быть удовлетворено в связи с наличием долга, в отношении которого не вынесено решение. Для этого просрочка должна составлять не менее трех месяцев, суммы долга должны быть указаны в заявлении о банкротстве, а соблюдение 30-дневного срока не требуется (п. 1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченного органа <…> от 20 декабря 2016 г.). Однако это несколько иная ситуация – в таком случае требования налогового органа уже фигурировали в заявлении, и налогоплательщик был знаком с ними.
Таким образом, по словам Руслана Остроумова, ВС РФ предстоит оценить:
актуальность абз. 2 п. 3 ст. 6 Закона о банкротстве, согласно которому требования уполномоченных органов об уплате обязательных платежей принимаются во внимание для возбуждения производства по делу о банкротстве, если такие требования подтверждены решениями налогового органа, таможенного органа о взыскании задолженности за счет денежных средств или иного имущества должника либо вступившим в законную силу решением суда или арбитражного суда;
актуальность абз. 3 п. 2 ст. 7 Закона о банкротстве, согласно которому право на обращение в арбитражный суд возникает у уполномоченного органа по обязательным платежам по истечении тридцати дней с даты принятия решения, указанного в абз. 2 п. 3 ст. 6 Закона о банкротстве.
возможность соблюдения баланса интересов должника и уполномоченного органа.
Мария Михеева из Юридической компании Intana Legal – про спор о правомерности приватизации предприятия
В 1951 г. в Иваново был создан завод тяжелого станкостроения, который в 1992–1993 гг. был приватизирован региональными властями без согласия федерального собственника. Заместитель Генерального прокурора РФ обратился в суд с иском об истребовании акций АО «ИЗТС» и связанных компаний в пользу Российской Федерации. Прокурор подчеркнул, что приватизация проведена незаконно, завод имеет стратегическое значение для обороны страны, а новые владельцы остановили производство и вывели активы. Суд первой инстанции удовлетворил иск, но апелляция и кассация отменили решение, сославшись на пропуск срока исковой давности и отсутствие нарушений при приватизации. Заместитель председателя ВС РФ И.В. Крупнов отменил определение судьи ВС об отказе в передаче дела в СКЭС и направил кассационное представление прокурора на рассмотрение Экономколлегии ВС РФ (дело № А17-1139/2024). Подробнее об этом – на портале.
Передача дела по истребованию акций АО «ИЗТС» на рассмотрение Экономколлегии ВС РФ, претендует, с точки зрения Марии Михеевой, на звание самого важного события не только недели, но и года. По ее словам, ответы на вопросы, которые порождает это дело, [даже если не брать во внимание, с какого раза и как оно попало на пересмотр коллегии ВС РФ], во многом определят российский правопорядок на ближайшие годы. Генпрокуратура в роли спецагента по перераспределению собственности. Если ВС РФ оставит в силе решение суда первой инстанции, то можно ожидать такую же череду «веерных» исков, как мы видим, в течение этого года по антикоррупционным делам, рассмотрение которых проходит молниеносно, а результат предопределен.
Безусловно, подчеркнула она, интересы безопасности и обороноспособности страны, пресловутый публичный порядок – «ценности, конституционно значимые и государствообразующие», как отметил зампредседателя ВС РФ. Однако стабильность оборота, дееспособность и прозрачность государственных институтов, которые стоят на страже этих ценностей, c ее точки зрения, не менее, государствообразующие и конституционно значимые.
Не могу не согласиться с посылом определения ВС РФ о передаче дела, что формальное применение срока исковой давности будет являться недопустимым способом легализации. Но дихотомия данного дела заключается в том, что спорная сделка (приватизация) произошла 30 лет (!) назад. Возникает резонный и одновременно риторический вопрос: где все это время были государственные уполномоченные органы, Росимущество, прокуратура, Минобороны? Оборонный завод (существующий с 1951 г.) – это все-таки не квартиры, поля и угодья «коррупционеров», записанные на номиналов, которые сразу можно и «не заметить». При этом, как следует из материалов дела, по данным Минобороны и Минпромторга, «ИЗТС» не находилось в перечне предприятий оборонных отраслей промышленности, не являлся исполнителем государственного оборонного заказа, предприятию не выдавались соответствующие лицензии на производство вооружений, военной техники и боеприпасов, руководителям не выдавались сертификаты на право управления оборонным предприятием. Порочность такого «сиюминутного» подхода, когда какая-либо «целесообразность» берет верх над основополагающими принципами права и верховенства закона, в том, что нет прозрачных и понятных «правил игры» для участников оборота. Турбулентность вместо стабильности. При этом государственные уполномоченные и надзирающие органы, как «жена Цезаря», свободны от ответственности за ненадлежащее исполнение своих функций, в том числе, по охране тех самых конституционных и государствообразующих ценностей. Отмечу, что при этом отсутствует понятный и прозрачный механизм в определении дальнейшей судьбы изъятых активов, которые сейчас передаются достаточно хаотично новым собственникам или управляющим.
В результате, через несколько лет такой подход вполне может породить новый этап «перераспределения», заключила Мария Михеева.
